Автор
Гордый изнуренный брак несет с собой нестерпимую тоску. Вечеринка рушится под ударами души невесты, ожидая мужа, которого нет уже полчаса. Наблюдать за шепчущимися гостями, то и дело поглядывающими на нее с презрением, как наждачная бумага — невероятно тяжело. Эта женщина вынуждена убежать в темноту своей души, где нет места слезам и отчаянию....
Ты должна была стать женой великого Дона, а этот щенок посмел… – Смысл фразы тонет в потоке брани.
Нино закатывает глаза, ему надоели истерики Сальво на эту тему. Своих сестер Нино давно выдал замуж, не дав им права голоса.
Пытаюсь обнять брата, но мне не удается, он слишком взвинчен. Сейчас не время напоминать ему, что Орсону, которого он назвал щенком, за тридцать, в то время как ему самому всего двадцать четыре.
Сальво молод и горяч. Отец готовил его к должности капо, воспитывал в нем самоуверенность и жажду власти.
Меня воспитывали по-другому. Женщины нашего мира умеют жить в тени и при этом прокладывать себе путь. Находить решения в ситуациях, в которых, казалось бы, нет выхода. А если выхода действительно нет, как сейчас, то мы смотрим правде в глаза и приспосабливаемся к новым обстоятельствам.
– Нари, почему ты позволила мне так с тобой поступить? Я обещал не принуждать тебя к замужеству, но не сдержал клятву, надавил на тебя. Зачем ты согласилась на брак?
Глажу его по руке, успокаиваю.
Мы с Сальво выросли в хорошей семье, если, конечно, не считать опасности, жестокости, коррупции и сопутствующих проблем синдиката. Отец работал на Дона Агати. Родители относились друг к другу тепло и с уважением. Страсти в их договорном браке не было, но их объединяла любовь к детям. Отец содержал любовниц в пригороде и не допускал скандалов.
Два года назад родители погибли, когда переговоры с мексиканской группировкой закончились кровавым месивом.
