Автор
Утро зимней сессии службы Государевой Безопасности вступает в свои права. Снег валит со всех сторон, создавая почти фантастическую атмосферу. По улицам движется крайне маленькая人流，车流几乎为零。沿途只见远处几盏路灯在寒风中摇曳，映着一层薄雾和淡淡的雾气。这场景不仅令人感到孤寂，更添了几分神秘与危险的色彩。...
— И что ты такого сделал?
— Я его кастрировал.
— Ну ты выдумщик! — сказал я, потом не удержался и заржал, вспоминая, как эта тварь взвыла. — Мог бы лапу отрубить, не проще?
— Может быть, но соблазн был слишком велик. Я подбежал, чтобы помочь и тут они, прямо перед носом. Рука сама дёрнулась.
— Ты в ветеринарке раньше не подрабатывал, — спросил я, не удержался и снова заржал.
— Да иди ты! — хмыкнул он. — Говорю же, как-то само получилось. А он ещё назад дёрнулся и катана ему в пузо вошла. Я испугался, что он сейчас на меня сядет, нелепая смерть, но я успел отойти.
— Хрен с ними с волчьими бубенцами, приводи себя в порядок, а я посмотрю, что там у ребят.
— Да вон они идут уже, — Платов махнул рукой в сторону. — Я в порядке, можно идти дальше. Надеюсь они догадались боезапас пополнить.
Из подлеска мерно вышагивали наши бойцы. Торопиться им мешали наши рюкзаки с «Шаманами» и цинки с боеприпасами. Молодцы ребята, продуманы. Только когда они подошли ближе, я заметил, что у Андрея забинтована рука, а у одного из Сашиных бойцов нога в окровавленной повязке.
— Охренеть, с вами-то что случилось? — развёл я руками. — Мы основное на себя взяли, вам чуток оставили.
— Да сначала всё шло неплохо, — Андрей выступил за рассказчика. — Тех, что мимо вас прошмыгнули, мы быстро по кустам разложили. А потом у вас какая-то веселуха началась и на нас вывалились два десятка тварей, которые были усилены магией. Пули и капсулы с огнём их не хотели брать, пришлось побегать, но не всегда удачно, — Андрей показал свою руку, — немного покусали.
— Упёртый — это хорошо, я сам такой. Давай твою руку посмотрим, — сказал я Андрею, потом обратился к раненому из отряда Платова. — А ты сядь где-нибудь поудобнее и готовься ногу показывать.
— Лекарь что ли нашёлся? — сквозь зубы бросил тот, но я не стал обращать внимания. Спишем дерзость на болевой шок, а там видно будет.
Андрей разбинтовал руку и протянул мне. Он то уже знает, что я могу починить. Рваная рана в полпредплечья была достаточно глубокая, немного кровоточила, но сухожилия почти не пострадали."
"Я поднёс ладонь близко к ране и закрыл глаза. Почувствовать чужие клетки и ткани гораздо сложнее, чем свои, но опыт у меня уже имелся. Через пару минут в ладони появилось покалывание, затем лёгкое жжение. Андрей часто задышал и начал покряхтывать.
