– Ничего, – отвечаю я, наблюдая, как неспешно он выпрямляется и оборачивается. – Мы не торопимся.
Шагаю к Марку, он встречает меня с потрескивающей в воздухе уверенностью, от которой одновременно становится и тревожно, и спокойно. С ума сойти. Все вокруг словно в мерцающем тумане, время замедляет ход. Никаких гонок, никаких соревнований. Ровное дыхание, долгие изучающие взгляды, распаляющие желание. Провожу ладонями по крепким плечам. Кожа теплая и гладкая, а мышцы напрягаются под моими пальцами.
– Я почистила зубы твоей щеткой.
– А я выпил полбутылки молока, – сознается Марк в ответ.
– Значит, мы готовы.
– Значит… иди уже сюда.
Он хватает край моей пижамной футболки, и я поднимаю руки, избавляясь от одежды. Мы оба обнажены наполовину, и это не в первый раз, но ощущения острее. Каждый из нас уже признал – это потребность, неизбежность, эгоистичная прихоть в доле с безрассудной влюбленностью. От этого не убежать и не спрятаться. Только воплотить и отпустить. Прожить и смириться с последствиями. Марк обнимает меня за талию, притягивая к своей груди. Впитываю ощущения, стекающие до самых кончиков пальцев ног, и запрокидываю голову.
– Марк…
– Я сам в шоке.
Он обхватывает мой затылок и медленно наклоняется. Разум расслабляется, сомнения уходят. Не хочу ничего упустить или не заметить. Хочу прочувствовать каждый миг этих ленивых ласк, запомнить одурманенный взгляд. И не важно, кто прячется за стенами и что происходит за пределами. Главное, что внутри. В теле, в мыслях, в душе. В самой глубине незримого и бесконечного сознания, где принимаются все правильные решения.
Губы накрывает поцелуй, мучительно долгий, но потрясающий. Со свежестью зубной пасты и сладостью молока. Дразнящий и испытывающий, вовлекающий и подстрекающий. Обнимаю Марка за шею, приподнимаясь на носки, и он подхватывает меня на руки, чтобы опустить на кровать. Шумное дыхание смешивается с шорохом постельного белья, губы на губах, руки с интересом блуждают по телу.
– Дорвалась, – с улыбкой выдыхает Марк.
Провожу ногтями по его спине и обхватываю ягодицы, заставляя напрячь бедра.
– Не только же тебе меня лапать.
– Ты ни разу не была против.
– А ты? Ты против?
Он легонько толкается, и я прикрываю глаза, ослепленная на мгновение яркой вспышкой ощущений.
– Сама как думаешь?
– Думаю, тебе пора переодеться.
Марк перекатывается на спину, и я стягиваю с него шорты, многозначительно приподнимая брови:
– Дарина не соврала.
– Вы настолько откровенны? – усмехается он. – Ди, предлагаю не брать с собой третьих лишних."
"– Принято, – киваю я и тянусь к тумбочке.
Звучит короткий шелест разорвавшейся упаковки, и Марк прикрывает глаза, как только я его касаюсь.