Автор
Летит на свадьбу Диана, но вместо радости встречает траур — похороны лучшей подруги, которая ушла из жизни. Вино на ее бокалы льется как темно-бордовые океаны горячих слез. Кровь падает и мрак царит в сердце Дианы — без любви не считается.
Да что с ним? Издевается надо мной? А может, я сама над собой издеваюсь? Что я знаю о Марке и его жизни, кроме того, что увидела за несчастные несколько дней, большую часть из которых мы провели в режиме боевой готовности? Да практически ничего. Он любит музыку и молоко, не признает серьезные отношения, но может быть внимательным и заботливым. Ценит свободу и легкость в общении, знает, как удовлетворить девушку, умеет удивлять. И где здесь минусы? Я наделала о нем столько выводов и решила, что все поняла, хотя на самом деле… ни черта я не поняла! Я пытаюсь все упростить, но, похоже, только все усложняю.
– Ди, – зовет мама, заглядывая в столовую.
– Да. Идем, – отзываюсь я, поднимаясь.
Останавливаемся у выхода из дома. Она надевает бежевые лодочки, а я застегиваю сандалии и хватаюсь за ручку двери, не торопясь выходить.
– Ну, мам, что скажешь?
– О ком именно?
– Да обо всех.
– Ди, ты снова хочешь получить все правильные ответы заранее. Хочешь найти простой выход, хотя он уже у тебя перед носом.
– Ты о двери?
– Нет. О тебе.
Смотрю на свое отражение в зеркале, что висит на стене за спиной мамы, и качаю головой:
– Что думаешь о Диме?
– Он справится, – без колебаний заявляет она.
– Ему будет больно.
– Скорее всего.
– Считаешь, лучше не лезть?
– Лучше просто быть рядом. Пока есть такая возможность.
Медленно киваю, открывая дверь, но все-таки решаюсь задать еще один вопрос:
– А как тебе Марк?
– Красавчик, – усмехается мама. – Будь я помоложе…
– Блин, мам! – шутливо прикрикиваю я.
Она кокетливо ведет плечом и спускается по ступеням крыльца. Закатываю глаза и следую за ней. Вот же шутница. Очень смешно! Они с Марком точно подошли бы друг другу – команда троллей высшего уровня.
Садимся в машину, которую Марк уже выгнал со двора: мама занимает заднее сиденье, а я устраиваюсь рядом с водителем.
– Адрес? – спрашивает Марк, глядя в зеркало заднего вида.
– На край света, – отвечает мама, и я сжимаю кулаки.
– Далековато, Вероника Захаровна.
– Я не тороплюсь.
– Ой, знаете что? – фыркаю я и распахиваю дверь. – Счастливого пути!
Слышу за спиной дружный смех, открываю калитку и упрямо шагаю к крыльцу. Я не в настроении это выслушивать. Через несколько секунд теплые руки оборачиваются вокруг моей талии, и Марк тащит меня обратно к машине.
– Заканчивай капризничать, – говорит он, опуская меня на землю.
