Автор
В безмолвной глубине городского леса ожил старый каменный дом: выцветшая краска и разбитые окна подчеркивали его скромность. Я вздохнула при виде этого места, витиевато пряча наушники за ухом. Внутри запахло сыростью и непривычным хлопком старых дров. Так началась история, где каждое слово обещало нечто тяжелее обычного....
Похоже, «Без права на ошибку» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
– Я никогда не давала повода усомниться в себе!
– Я вырастила проститутку! – твердила она свое.
С ума сойти можно…
– Да чего ты завелась? – пыталась я ее вразумить. – Из-за какого-то свитера! Я уже объяснила тебе, откуда он! Прекрати так себя вести! Хватит истерить!
– Что ты сказала? – Лидия медленно, как дикая кошка стала подходить ко мне. – Я истерю? Паршивка! – она замахнулась и ударила меня свитером. – Дрань!
Она била меня этой проклятой тряпкой так яростно, в ее глазах было столько злобы, что мне стало не по себе.
Однажды я вернулась со школы с кровоподтеком на ключице, мама решила, что это засос и обвинила меня в том, что я занималась непристойностями с мальчиками, а на самом деле я просто упала на уроке физкультуры, потому, что меня толкнула другая девчонка. На минуточку, мне тогда было около четырнадцати лет.
В такие моменты я вообще ненавижу свою мать. Ненавижу всем сердцем!
Лидия продолжала обзывать меня всеми возможными ругательствами, когда из своего кабинета к нам вышел отчим, да только мать это не остановило.
– Что тут происходит? – он смотрел на нас, и мама только после этого остановилась и убрала с лица растрепавшиеся темные волосы.
– Я нашла у нее мужской свитер, – выпалила она. – Я вырастила проститутку!
Михаил посмотрел на растерянную меня.
– Чья вещь?
– Ромы, – ответила.
Мужчина перевел взгляд на свою жену.
– Не может быть этот джемпер его! Он слишком большой!
Да сколько же это будет продолжаться-то?
– Да прекрати уже! – крикнула я на мать.
"Пощечина. Быстрая, хлесткая, но не от руки матери – меня ударил Михаил.
Я отшатнулась и посмотрела глазами, полными слез на мужчину, чье лицо вообще не выражало никаких эмоций.
– Извинись, – приказным тоном сказал он.
– Нет, – ответила, поджимая губы. – Мне не за что извиняться, во всем виновата только она! Зачем она вообще меня родила, если не любит? Зачем оставила, а не отдала в детский дом? Мне было бы там лучше, чем здесь! – кричала я, а по щекам градом текли слезы. – Если я так напоминаю тебе отца, зачем ты меня оставила? Почему ты теперь издеваешься надо мной? Обвиняешь в чем-то! Да какое ты имеешь право? – я посмотрела на отчима.
