Он был ни мужской, ни женский, вообще непонятно какой. Голос потустороннего существа, демона из ада. Подруги затрепетали. Но Лариса явно уже слышала этот голос, поэтому даже не дрогнула.
– Да! Это я, – произнесла она.
– Я… я нигде не гуляю. Я дома!
– Трубку чего не берешь? Или муж тебе не дорог?
– Я упала в обморок!
– В обморок будешь падать, когда мужа по частям получишь.
– Простите! – взвыла Лариса. – Не обижайте Богдана! Я все сделаю, как вы скажете!
– Рано, – прошипел ей Лисица. – Потяни еще время. Потребуй, чтобы тебе дали услышать мужа.
Лариса кивнула ему, что все поняла.
– Я освобожу дом, не буду препятствовать его сносу.
– И в суд не пойдешь.
– Мы с мужем откажемся от всех судебных исков.
– Так ты поняла, что со мной шутки плохи?
– Да, мы все поняли. И я тоже поняла. Когда вы вернете мне Богдана?
– Завтра. После сноса дома.
– Завтра? Хорошо, пусть будет завтра. Но у меня есть одно условие!
– Вы с муженьком не в том положении, чтобы торговаться.
– И все же я буду! Я должна прямо сейчас убедиться, что мой муж жив.
– Хочешь его услышать?
Голос мерзко захохотал. А потом произнес, обращаясь куда-то в сторону:
– Эй, придурок, подай голос. Ребята, отклейте ему скотч.
Раздался характерный треск, а потом голос Богдана прорвался в эфир:
– Лариса, Ларочка, если меня убьют, ты, главное, девочка, береги себя. Отдай им дом, уступи. Не ради меня, ради себя! Умоляю!
Голос Богдана затих. Лариса была бледна, но не сдавалась.
– Как я могу быть уверена, что это не запись? Хочу задать мужу вопрос.
– Очень уж ты настырная. Могу ведь и иначе с твоим муженьком обойтись. Это сейчас он весь целенький сидит. А завтра можешь его и в недокомплекте получить. Как насчет пары пальцев? Или ухо? Выбирай, отрежем любую часть по твоему выбору, а ты его вопли послушаешь! Так тебя устраивает?
– Нет, – произнесла Лариса дрогнувшим голосом. – Не надо. Я вам и так верю.
– Вот и умничка. Значит, договорились? Завтра часиков в шесть утра уйди из дома от греха подальше. К семи уже все закончится, и ты получишь своего мужика обратно.
На сей раз Лисица поднял большие пальцы, и Лариса с облегчением простилась с похитителем. Как только перестал звучать его мерзкий голос, все вздохнули свободно. Но Лисица не расслаблялся.
– Эдик, я прекрасно их запеленговал. Хитрые у них системы защиты, французские, похоже. Но у нас похитрее будут. Они слишком уверены в собственной безнаказанности, поэтому, я думаю, говорили прямо из дома, где держат пленника.
