Но особенные способности демонстрировал в точных науках.
Казалось, жизнь наконец-то стала складываться и у непутевой Ирочки и ее детей, но затем произошла новая катастрофа.
– Леня – отец Феди – надумал эмигрировать из СССР. Это было еще в семидесятых годах, тогда многие уезжали. Но уезжали-то семьями! А Леня уехал один.
Трудно сказать, что было тому причиной. Ирочка проклинала сбежавшего мужа, но Добряковым и самой Марте Гербертовне всегда казалось, что это Ирочка начала выкобениваться, не желая ехать в далекий и жаркий Израиль.
– Это она слезы после лить принялась, когда узнала, что Леня до Израиля так и не добрался. Остался в США, где попросил политического убежища.
Беженцев из Советского Союза в те годы были единицы, и все средства пропаганды капиталистического мира носились с этими людьми просто невероятно. Посредственным писателям давались лучшие часы в эфире, их произведения печатались огромными тиражами. Предательство Родины возводилось в ранг подвига.
– И вот Леня стал одним из таких отщепенцев. Впрочем, он никогда не ругал советских порядков, просто говорил, что в СССР не давали простора для его способностей. И действительно, в Соединенных Штатах он быстро преуспел. Леня был талантливым инженером – изобретателем – и быстро нашел себе работу по вкусу. Насколько я знаю, Леня в Америке вновь женился, завел множество детей. Наверное, Ирочка бы обгрызла себе все локти, но судьба подарила ей третьего мужа и самую ее большую любовь.
– Да, я слышала, у Миши было двое братьев. В новом браке у их матери снова родился малыш?
– Гриша. Горе горькое. Что он сам, что его отец. Вот уж кто доставил Ирочке истинные страдания, так это ее третий, и последний, муж и младший отпрыск.
– А что с ними было не так?
– Решительно все! Гриша был средоточием такой массы пороков, которая в маленьком мальчике была мне просто удивительна. Лживый, деспотичный, коварный, не очень умный, но изворотливый и хитрый. А его отец был полнейшим ничтожеством. То ли актер, то ли статист, то ли вовсе суфлер, он был выгнан из театра за пристрастие к бутылке. Ни образования, ни особого ума, ни красоты. Понять не могу, почему он имел успех у женщин? Но как бы то ни было, Ирочка была влюблена в своего третьего супруга без памяти. Архип мог творить что ему вздумается, Ирочка все ему прощала.
Но Архип не желал оценить самоотверженность супруги. Он продолжал пить, гулять и весело проводить время. Домой он мог не показываться неделями.