В жизни Савелия и Оксаны, успешной пары, напряжение нарастает после их путешествий. Когда в Лимасоле происходит инцидент с нежелательными лицами, Савелий демонстрирует свою решимость защищать близкую, сталкиваясь с угрозами. Интрига обостряется, когда братки оказываются готовы вмешаться в конфликт.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Без суда и следствия»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
В жизни Савелия и Оксаны, успешной пары, напряжение нарастает после их путешествий. Когда в Лимасоле происходит инцидент с нежелательными лицами, Савелий демонстрирует свою решимость защищать близкую, сталкиваясь с угрозами. Интрига обостряется, когда братки оказываются готовы вмешаться в конфликт.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
В жизни Савелия и Оксаны, успешной пары, напряжение нарастает после их путешествий. Когда в Лимасоле происходит инцидент с нежелательными лицами, Савелий демонстрирует свою решимость защищать близкую, сталкиваясь с угрозами. Интрига обостряется, когда братки оказываются готовы вмешаться в конфликт.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Надо будет найти тихое местечко на берегу. Вода теплая – ночное купание будет приятным. И закончится бурным сексом. Оксана знала, как отблагодарить мужа...
К ним подошли братки.
– Уроды долбаные, – проворчал один. – Совсем отморозь оборзела...
– Ты их знаешь? – обращаясь к Савелию, спросил второй.
– Это правильно, – кивнул третий. – Этих клоунов никто знать не хочет. А приходится... Про «кабанов» слыхал?
– Так это они? – удивленно повел бровью Савелий.
– Они, баранье голимое... А ты, братан, не хило махался. Ты сам откуда?
– О, е! Так мы тоже из Москвы. Балашихинские мы. А ты сам чьих будешь?
– Знаю балашихинских. А вы Колю Когалымского должны знать...
– Да знаем, конечно... Так ты из его бригады?
Савелий собирался ответить прямо. Но вовремя вспомнил про Оксану. Спохватился.
– Знаю я Колю, – сказал он. – Просто знаю...
– А, ну да, ясно, – понимающе закивали братки.
И тоже посмотрели на Оксану. В глазах одобрение. Мол, красивая ты женщина. И муж у тебя настоящий мужик...
– Ну так чо, расходимся? – спросил старший из братков. – Сейчас полицаи нагрянут. Шухер наведут... Давай, братан, завтра встретимся. В этом же кабаке. Посидим, покалякаем...
Братки исчезли в темноте. Савелий остался с Оксаной.
– Ты почему здесь? – с упреком спросил он.
– За тобой пошла...
Она вдруг поняла, на кого похож был ее муж. Внешне он мало чем отличался от тех же балашихинских братков. Грубое лицо, глубоко посаженные глаза, массивный подбородок. И говорил только что на приблатненный манер. Самая настоящая криминальная личность... Только от этого он не стал менее любимым и желанным.
– Савва, скажи, ты бандит? – дрогнувшим голосом спросила она.
Савелий отвел в сторону взгляд.
– Чушь, – буркнул он.
– А кто такой Коля Когалымский?
– Много будешь знать – скоро состаришься...
Савелий упрямился. Не хотел говорить правду. Но Оксана знала, как вызвать его на откровенный разговор.
Сначала они занимались любовью на берегу моря. Затем перебрались в отель. Оксана не раз доводила мужа до наивысшей точки кипения. И сейчас он лежал совершенно обессиленный. В таком состоянии из него можно было вить веревки...
Савелий в самом деле был бандитом. В конце восьмидесятых с друзьями-спортсменами делал налеты на Рижский рынок, на кулаках выяснял отношения с конкурентами. Потом на горизонте появился прожженный уголовник Коля Когалымский. Под его началом бригада развернулась и вширь, и вкось. Появились свои территории, свой бизнес – и легальный, и преступный. Савелий был рядовым «быком». Но в девяносто первом году получил срок за хранение оружия и целых три года провел за решеткой. Вышел на свободу и вернулся в банду. Выбился в авторитеты...
Чем именно он занимался, Оксана не знала. Но в бригаде его ценили.
