В безмятежной атмосфере старого города ждет небывалое проникновение в глубины человеческих душ. Глава с необычайно изящным лицом прячет за узким типажем, но его полюбили женщины благодаря мускулатуре и голосу парня, который они воспринимают через собственные ожидания. Кто же верит в такого человека? В чередах драматических событий вы найдете ответы на эти загадки....
Сима грустно пошутила тогда, что он был бы хорошим отцом этой девочке, если бы она стала их родной дочерью. Потом, уже через пару четвертей, когда выяснилось, что у Симы не может быть детей, она не раз со слезами восклицала, что, если бы у Оленьки не было родителей, они бы могли ее удочерить.
– Оля! – крикнул он в трубку. – Ее звали Оля!
– Точно, – хмыкнул друг, – Оля Волгина. Умница-красавица, могла бы окончить школу с золотой медалью.
– А чего не окончила?
– Мать у нее умерла, когда ей пятнадцать было.
– А ты чего эту Олю вспомнил, а? Решил меня укорить, что не удочерил, когда осиротела?
– Так не осиротела она, брат.
– И?
В груди у Сашки снова закипал гнев. Заворочался там, заныл, заставил больно покусывать губы.
– Папаша никогда не упускал ее из виду, так говорят. Контролировал каждый ее шаг. А она, прикинь, об этом даже не знала.
– И что дальше? Конец у твоей замечательной истории будет?
Он сощурился, разозлился. Ясно, что финал, самый отвратительный финал, в предчувствии которого у него и ныла душа, еще впереди. И Стас не то чтобы его смакует, он просто не знает, как сказать. Потому что как пить дать это проблемный финал.
А проблем они не любили. Ни он, ни Стас.
– А конец такой, брат.
– Чокнулся, что ли? – Гнедых попытался грязно пошутить, потом выдохнул: – Не стану я никого удочерять, брат.
– А придется. Выбора у тебя нет. Как и у меня, Сашок.
– Чего так?
– Знаешь, как фамилия девчонки?
– Волгина?
– Нет, брат, это по матери. А фамилия ее отца – Деревнин. Витек Деревнин.
– Твою мать! – Он похолодел. – Витек? Он что, помер?
– Ага, полгода как, говорю же.
– Летом?
– Вот и я о том же. Но сам догадываешься, где и как летом можно переохладиться.
Они помолчали, вспоминая один случай из их нехорошего прошлого.
– Дальше что? Помер Витек, одним звеном меньше. Нам же лучше!
– Как бы не так, Сашок. – Стас сделал нехорошую паузу. – Витек помер. А дочь его осталась.
– И что?
– А то, что ухажеры у нее стали появляться.
