В безмятежной атмосфере старого города ждет небывалое проникновение в глубины человеческих душ. Глава с необычайно изящным лицом прячет за узким типажем, но его полюбили женщины благодаря мускулатуре и голосу парня, который они воспринимают через собственные ожидания. Кто же верит в такого человека? В чередах драматических событий вы найдете ответы на эти загадки....
А пару лет назад, когда он снова появился в городе и поселился вместе с дочерью, отец…
– Что? – в один голос спросили Оля и Окунев.
– Отец решил, что Золотой явился, чтобы защитить вас, Оля. – Он отвесил ей легкий поклон. – Мой отец предположил, что Ольге может грозить опасность и поэтому Деревнин теперь все время рядом.
– Чтобы защищать? – Оля поежилась. – Но что мне может угрожать? Я ничего такого…
– Дела вашего отца ударили рикошетом по многим людям. Желающих поквитаться с ним было достаточно.
– Но и без него я никогда не чувствовала опасности… Знаете, я думаю, вы ошибаетесь. Я вполне спокойно жила до его появления. По-моему, все просто: он поселился у меня, потому что ему всего-навсего негде было жить.
– Не смешите, – довольно резко перебил ее Степан. – У него было столько денег, что он запросто мог купить подъезд в вашем доме, если не весь дом.
– У моего отца? Денег?
Она растерянно заморгала и глянула на Окунева, мысленно решив перебраться в его лагерь за поддержкой. Но Окунев смотрел безучастно, и ей пришлось остаться на нейтральной территории. Она ни с кем из этих двоих, она сама по себе. Она насупилась.
– Он, конечно, не пришел ко мне нищим. Помог с ремонтом, купил мебель, но это не такие деньги, о которых вы, Степан, говорите. После его смерти я нашла в его комнате документы, удостоверяющие личность, банковскую карту с нулевым балансом и кошелек с некоторой суммой долларов.
– И все? – недоверчиво хмыкнул Степан.
– И все! Никаких кладов.
– Хорошо, вы не нашли, так, может, ваш жених что-то находил? – не унимался Степан. – Он комнату вашего отца не обыскивал?
– В тот момент, когда здесь поселился Вадик, комната отца была полностью освобождена от его вещей, – холодно заметила она. – Вадик, к его чести, ни разу без меня туда не входил и никогда не проявлял никакого интереса к моему отцу.
– Его могли использовать втемную, – вдруг подал голос Окунев. И глянул на Олю с явной тревогой. – Он мог просто наблюдать за вами. По приказу.
– Чушь! – вспыхнула она. – И спал со мной по приказу, да?
– Так бывает, – вздохнул Окунев, опуская глаза.
У нее вдруг задрожали колени от слабости.
Вся эта история, которую излагали здесь эти двое, показалась ей надуманной и глупой.
