А может и потому, что колени у нее мягкие и подкашиваются. Иногда растеряно заправляет прядь волос за ухо или нервно крутит в руках камеру.
img xiC57GpzpfovGW3Hyzq0O4Hy1Dm.jpg
/img
Подходя ближе, я слышу, что голос ее звучит гораздо слабее, чем мог бы и она запинается на словах, отвечая в основном односложно.
А Аронов сегодня особенно прекрасен…
В белоснежной водолазке, угольных брюках с идеальными стрелками. Зеркальная пряжка ремня под стать едва не отражающим потолок носкам туфель. Он встряхнув поднимает руку внимательно глядя на свои тоже угольные часы.
— Во сколько тебе будет удобно? — слышу я его спокойный бархатный тембр.
— Мм… — растеряно ведет плечами девушка, отводя взгляд. — В любое время.
— Хорошо, я наберу тебя. Попробуем поработать вместе.
— Ладно…
— Женя, — замечает он меня. — Подойди к нам, пожалуйста.
Я чувствую запах его туалетной воды. Он кружит голову. Её или мою? Разделить сложно…
— Это Александра, наш новый фотограф. Это Евгения. Наш… А кто ты у нас? — растеряно пытаясь вспомнить.
— Ассистент Крис.
— Нет, помимо этого.
— Вездесущий дух.
— Да. Примерно так. Если есть какие-то сложности и вопросы, можно обращаться к ней.
— Очень приятно, — киваю я девушке, и она невидяще кивает мне в ответ, не отводя от него глаз.
Олег отстегивает от связки ключ, отдает Александре.
— Осматривайся, располагайся, — показывает ей на мастерскую. — Если что — мой телефон у тебя есть, но если вопрос организационный, а не технический, то лучше — к Евгении. Жень… — кивает он мне.
Мы, разворачиваясь, уходим с ним на лестницу. Я чувствую ее взгляд нам в спины.
Лилии нет, и мы остаемся с ним вдвоем у ресепшена.
Молча смотрим друг на друга. Его взгляд тяжелеет и мне становится опять невыносимо рядом с ним."
"— Что-то случилось?
— Нет.
— Ты не в настроении.
— Я не знаю.
— Проблема во мне? — еще разок пытаюсь я его вывести из накатывающих болевых спазмов.
— Проблема всегда в тебе.
— Ясно… — разворачиваюсь я на сто восемьдесят.
Лучше нам пережить этот его приступ по отдельности.
— Подожди.
— М? — не оборачиваясь.
— Зайди, пожалуйста ко мне в кабинет.
Слышу его удаляющиеся шаги.
Иду следом. Он открывает дверь, а Таня что-то бормочет недовольное себе под нос.
— ЧТО? — разворачивается он, пронзая ее требовательным взглядом.
И в этом негромком спокойном по интонации «что», на самом деле, ядерный взрыв такой силы, что пространство трескается даже надо мной. Его бровь вопросительно и претензионно ползет вверх.
