Воу! Запрет на смену имиджа прописан в контракте. Удивительно что Аронов просто порычал.
— Ну вот видишь, — развожу я руками. — Гнев барина оправдан.
— Думаешь?
— Естессна… без повода он рычит только на меня!
— Ну тогда иди! — подкрашивает он мне внутреннюю часть губ ярко алым и запудривает внешнюю. — Пусть вырычится как следует и не травмирует психику неподготовленным барышням.
— Ой как интересно получилось… — разглядываю я себя голую в зеркало.
Губки стали меньше, глаза больше и образ, в целом, более уязвим.
— И вот так еще… — обводит мне Костик кисточкой соски, в цвет губ.
Берусь за ручку двери.
— Жень! Простыня!!
А, да…
Аккуратно обматываюсь. Тоник еще не высох до конца.
Надеваю туфли, чтобы не испачкать стопы. Барин желает снимать и кисти, и стопы, и… И даже мой гладкий лобок затонирован!
Спускаюсь вместе с Анж по лестнице вниз, придерживая простыню. Каблуки стучат.
Дверь в фотопавильон открыта.
Заходим. Олег у окна, спиной к нам.
— Олег, мы готовы, — оповещает его Анж.
— Всё, Анже, езжайте.
Вы мне с Костей больше не нужны.
— Уверен? — недоумевающе смотрит на меня Анж.
Обычно он по двадцать раз заставляет ее перегримировывать в процессе модель. В последнее время особенно.
— Абсолютно.
— Окей, — смывается та.
— Замкни дверь, Женя. Пожалуйста.
Вот это запоздалое пожалуйста, когда он разговаривает таким командным спокойным тоном дается ему всегда вынужденно. И мне оно тоже кажется неуместным.
Поворачиваю ключ в двери.
Разворачивается.
Встречаемся взглядами. Его — изучающий.
Да. Сложночитаемый взгляд и хорошо упакованные внутрь эмоции.
Немного скованно снимаю простыню. Она падает к моим ногам. Мне немного неловко и руки сами поднимаются, прикрывая грудь.
Меня не смущает моё обнажение обычно. Но эта ситуация… Внутри все дрожит от мысли, что мы, вообще-то, может забить на любые условности, прикоснуться друг другу и снова упасть в наше море боли и блаженства. Но особенный садомазохистский кайф я испытываю от того, что мы этого не сделаем.
Мы же не сделаем?
Моя память отказывает мне в ответе на вопрос — почему?
Вспомни утро, Туманова! — пытаюсь привести я себя в чувства.
Олег поднимает объектив и делает так несколько кадров.
— На колени…
На черном угловом стенде меховая белая подстилка. Кивает мне на нее, включая прожектор.
Опускаюсь на колени, садясь попой на пяточки. Распрямляю спину, сводя лопатки, поднимаю подбородок, прогиб… Всё, как учила Крис…
Сглотнув, он чуть заметно оскаливается и снова делает пару снимков.
