В бездну бешенства — лишь убийца, оглашающий криками свою злобу. Тело поглощено невыносимой яростью мозга, а отсеченная голова не подвластна даже магическим способностям защитника. В этой тишине — лишь жестокий ад внутри бешеного сердца.
Сейчас знаю только, что издали она ничем швыряться не может. Огонь, воздух, лёд в спину мне не летит. Внезапно подумал о том, что окажись у страшилы тот же дар ветродуя, но только на двушке, и вся моя ловкость ничем не смогла бы помочь. От воздушного молота увернуться никак. Или он на полсотни шагов всего бьёт? Про эту способность мне мало известно.
Впрочем, у ходоков все дары по-другому работают. Лучше думать о том, что шанс встретить деваху с таким мощным даром один к многим тысячам. Не ссы, Китя, нет у неё ничего.
Так… Нужный мне холм приближается. Пора замедляться. Сбрасываю скорость и тут же слышу за спиной довольное урчание. Подпускаю поближе, спускаюсь по склону, и вот под ногами уже дно последней перед местом засады ложбины.
Быстрый взгляд за спину. Ну и рожа. Оскаленный, чересчур большой рот полон жёлтых зубов. Выпученные глаза сияют радостью. Те полсотни шагов, что нас разделяли секунду назад, начинают стремительно таять. Ещё ближе, ещё. Начинаю подъём. Вроде верно всё рассчитал.
"Но толстуха никак не поймёт, что её просто дразнят. Ей кажется, что она вот-вот сцапает наконец-таки выдохшуюся добычу. В жутких звуках, вырывающихся из пасти страшилы, слышно ликование. Ага, щаз! У меня так-то боб даже есть. Бон подкинул один. В любой миг проглочу и рвану во всю прыть. Только рано. И так сил хватает.
Я у скал. Обернулся в последний раз. Давай, тётя, хватай меня. И едва ко мне устремляется пухлая лапа, ныряю в расщелину.
Юркой мышкой промчался сквозь лаз и, не пытаясь найти взглядом притаившихся где-то поблизости мужиков, рванул дальше. У меня только нож из оружия – я им здесь не помощник. Спущусь вниз, перебегу к соседнему холму, поднимусь на него и с вершины уже буду наблюдать за сражением.
– Берегись!
Прилетевший из-за спины выкрик настиг меня на конце спуска. Кажись, началось. К кому обращено предостережение я не понял – едва ли ко мне – но на всякий случай рванул вперёд со всех ног.
Ёженьки… Надо было не ускоряться, а назад поворачивать. Но кто же знал? Едва не раздавив меня, на то место, где я был миг назад, с неба рухнула баба-ходок. Земля вздрогнула. Я еле удержался на ногах. Но всё же удержался и продолжил нестись во всю прыть.
