В бездну бесконечного предстепительства, где свет и тьма переплетаются в неестественному спектру, жил маленький Патар. Он верит, что все вокруг искажено, но его мысли подвластны лжи правителя. Несмотря на страшные предостережения, он шагает по опасному пути, ощущая тихую надежду между роковым шепотом....
— Князь Соболевский… — с издёвкой протянул Айк. — Чего не императорский отпрыск тогда? Ты бы хоть бароном назвался. Скромнее быть надо.
И тут уже я не выдержал, влез.
— Барону бы нору подарком, поди, не подкинули бы.
Хоть каплю бесовских успехов себе приписать захотелось. Два дара уже у меня. А завтра, так аж целых три будет.
— Нору? В Бездну что ли? Ого!
— Ой, не надо, Китя, — вцепилась мне в плечи Вея. — Ведь есть уже всё. Такие дары у тебя… Не надо, прошу.
— Дура-девка, — немедленно фыркнул Айк. — Даров много не бывает.
— Жёлтая.
— Тем более, — вновь повеселел Айк. — Жёлтая — то ерунда. Для Китара, так и вообще — семечки. Эх… Я бы тоже за даром сходил… В жёлтую…"
"И такая грусть в голосе друга, что мне даже немного стыдно перед ним стало. Всё мне, мне, мне. Бобы мне, дары мне, семена мне, командиром быть тоже мне.
— Обойдёшься пока, — обняла Лина за талию сына. — Не готов ещё. Год-другой — и придёт твоё время. Говорили же про то с тобой.
— То, когда было? — отмахнулся Айк. — Другие времена уже. И я другой совсем нынче. Готов я, мама. Очень даже готов. Как найду свою нору, не удержишь.
— Вот, как найдёшь, тогда и посмотрим. Давайте, князья, да великие воины, заканчивать. Я уже глаза держу пальцами. Такой день тяжёлый…
* * *День вчерашний, и правда, тяжёлым был.
Но и это не всё. Только присланные Туменом оргары ушли — новый вождь справлялся, всё ли у нас хорошо и сообщал, что пожалует лично после полудня — как в сторонку меня отозвал уже Айк.
— Слушай, Кит, — начал друг. — Я тут думал… Может, всё же уступишь мне нору?
Вот те на. Гля, он как загорелся. Тушить надо. Срочно!
— Айк… — вздохнул бес. — Ты мой лучший друг.
