В бездну бесконечного предстепительства, где свет и тьма переплетаются в неестественному спектру, жил маленький Патар. Он верит, что все вокруг искажено, но его мысли подвластны лжи правителя. Несмотря на страшные предостережения, он шагает по опасному пути, ощущая тихую надежду между роковым шепотом....
Вдруг кто другой из списка, пока он туда-сюда мотается, с Муна сбежит. Не будет одержимый надолго Град покидать. Наверняка первой ночью же и попытается нас с Айком прикончить. Не знаю, как он это по-тихому провернуть собирается, но, видно, чего-то придумал. Йока с два я спать лягу.
— Да, что вы переживаете, мальчики, — скривилась сидящая слева от Айка Лина. — Старшина ваш теперь, когда ещё в Град вернётся. К тому времени нас уже будет непросто догнать. И вообще… Зимородовы, раз своего дурачка не хватились сразу, то пропажу его с нашим бегством не свяжут.
— Двадцать восемь точнее, — поправил Айк. — У моих тюремщиков только две темы для разговоров и было — Душегуб и нора, что у храма висела. Кит, а правда, что в итоге её ученик какой-то закрыл? Или брешут?
— Да кто его знает. Пропал один ночью — и норы утром нет.
Третий день уже, как, что я из школы вышел, что Айк из застенка, а поболтать о чём-либо, не касающемся нашего бегства с острова, всё некогда было. Почти три десятка… А я и не знал, что трупов так много. Нет, до нас тоже слухи доходили, что в Граде объявился убийца, но мне как-то не до того было, чтобы вникать в подробности. Помню только, что Лео сказал, будто то скорее целая банда орудует. В городе убийства не редкость.
А оно, значит, вон как. Тогда всё понятно — Брон свой списочек сокращал.
А своих Брон покамест не трогает. Хоба с Бравом бы знали, коли кто стал бы жертвой из наших. Потом проще всех разом в каком-нибудь походе сгубить. Этот сможет. Ратиборовских же и Кишкодёров Фанмира на закуску оставит.
Не. Не герой я. Помирать, чтобы жили другие… Не настолько близки мне те люди. На большинство из них, так вообще наплевать мне. Вот, если бы смертельная опасность грозила моей малышне или Вее.
