В бездну бесконечного предстепительства, где свет и тьма переплетаются в неестественному спектру, жил маленький Патар. Он верит, что все вокруг искажено, но его мысли подвластны лжи правителя. Несмотря на страшные предостережения, он шагает по опасному пути, ощущая тихую надежду между роковым шепотом.
Копна тёмно-русых волос прихвачена надо лбом чёрной лентой. Обычный охотник.
— Возьмите до форта попутчиком, — остановившись в десятке шагов от повозки, попросил незнакомец. — Несколько суток без сна. На бобах держусь только. Подвезите. В долгу не останусь.
Выбравшиеся наружу Айк с Линой точно так же сжимали в руках направленное на чужака оружие. Но отвечать дядьке никто из Зориных не спешит. На меня косятся. Стало быть, решение мне принимать.
— А ты кто вообще такой и откуда здесь взялся? — осторожно поинтересовался я.
— Охотник я. С Фата, — зачастил дядька. — В поход мы ходили. Возвращались уже, а тут хорты. И много. Уйти не смогли. Пришлось драться. Но силы не равны были. Все братья мои полегли. Я один чудом спасся. Убёг. Ловкий я. Только выдохся уже. Скоро ноги откажут. Мне следующую ночь не пережить уже. Единого ради — возьмите. У меня деньги есть.
И мужик засунул трясущуюся руку за пазуху.
— Вот, золотой! Золотой дам! — вытащил он жёлтый кругляш. — Все зелья истратил уже. Не бросайте.
С Фата, значит… Вот это подарок судьбы! На ловца и зверь бежит. Как удачно…
— Чай, не звери мы, — опустил я лук. — Не по-людски это — человека в беде бросать. Забирайся. Только внутри места нет. На крыше поедешь.
Осуждающий взгляд Лины уравновесился одобрительным Айка. Обрадованный мужик подобрал копьё и заковылял к повозке. Что-что, а про усталость он точно не врёт. Еле ноги волочит. Последние силы ушли на рывок к дороге, когда нас заметил. Так-то он по лесу вдоль тракта шагал, чтобы на виду не маячить.
— Халаш, давай внутрь, — согнал мелкого Айк, занимая его место на козлах рядом со мной. — Я уже выспался.
Мне пойти подремать не предлагает. Понятно, что за чужаком, попервой особенно, пристально следить надо. Вдруг-таки, замануха какая?"
"— Тебя, как зовут-то хоть, дядя? — спросил я, забирая у фатоя копьё и засовывая его в специальную держалку у козел рядом со своим.
— Микуш я, — протянул он мне руку.
— Китар, — втащил я обессиленного мужика наверх, к нам. — А это Айк. Хорты, значит…
Не может быть! Ладно много, но, чтобы один в один… И отмера ровно десяток.
Почувствовал он, как я вздрогнул? Едва ли. Ещё раз внимательно разглядываю лицо нового спутника, плюхнувшегося на козлы слева от меня. Да нет… Вообще не похож. И тот лысым был. Да и одёжа другая.
— Да в том-то и дело, что рано для них, — не заметил перемены в моём поведении дядька. — По всем срокам с запасом успеть должны были. Не ждали мы хортов.
