Автор
В бездушном королевстве, где эмоции вытесняются расчетом и формулировками, глава семьи — бесплотный принц, прятался за лицами своих подданных. Бездушные крики и мольбы защемляли его душу, пока он не нашел способ изменить этот ужас. В мире без чувств, жизнь может быть даже прекраснее без них....
– Он реально хочет, чтобы мы уничтожили его на хрен, да?
– Он хочет нас спровоцировать, – хмурится Данте.
– Не вставай! – резко говорю я, завидев, что Неро хочет подняться. – Мы не знаем, единственная ли это машина. Возможно, будет и другая. Или еще стрелки, – я киваю на многочисленные окна высоток, окружающих стройку.
– Мы не можем оставаться тут, – вполголоса говорит Аида. – Копы собираются прочесать всю стоянку. Вряд ли они настолько тупы, чтобы списать все на совпадение, так что теперь полиция будет относится к этому гораздо серьезнее.
Медленно и незаметно мы пробираемся на другую часть стройки, где меньше света и припаркован пикап Неро, ближайшая к нам машина.
Мы все забираемся в кабину, чтобы Неро подвез нас с Аидой до угла, где осталась моя тачка.
– Нельзя принимать решения поспешно, – говорит Данте. – Возможно, Заяц пытается вынудить нас к незамедлительному ответу, готовя тем самым ловушку. Стоит переждать ночь и решить, какой будет наша реакция. Аида, тебе лучше поехать домой с нами.
– Она остается со мной, – немедленно отвечаю я.
Данте хмурится.
– Мы не знаем, на кого конкретно нацелен Заяц. Он атаковал наше здание, но явился на твой вечер. Мы не знаем, из-за Аиды или из-за тебя. Или из-за обоих.
– Вот именно, – киваю я. – Поэтому она и должна остаться со мной. Если окажется, что он решил напасть на вашу семью, то Аиде будет безопаснее с моей.
– Что именно Заяц вам сказал? – спрашивает Данте.
Я кратко пересказываю разговор.
– Не знаю, действительно ли ему нужна собственность «Чикаго Транзит», или он просто проверял меня.
– Возможно, – произносит Данте, размышляя и хмуря лоб. – Мясник горд и обидчив. Его легко задеть. Возможно, Заяц злится, что мы не предложили Аиду сначала ему.
– Это, блин, отвратительно, – вмешивается Аида. – Во-первых, он старый. Во-вторых, я не какая-то гребаная фишка.
– В любом случае слишком поздно, – рычу я.
– Я все еще считаю, что сестре лучше поехать с нами, – говорит Данте. – Мы лучше тебя знаем Мясника.
– Ни за что, – ровно говорю я. Ни на секунду не выпущу Аиду из виду.
Данте хмурится, не привыкший к тому, чтобы кто-то противоречил его приказам. Но дело не только в задетом эго – я вижу беспокойство на его лице, страх за Аиду. Это немного смягчает мой тон.
– Я защищу ее, – обещаю я.
