Автор
В бездушном королевстве, где эмоции вытесняются расчетом и формулировками, глава семьи — бесплотный принц, прятался за лицами своих подданных. Бездушные крики и мольбы защемляли его душу, пока он не нашел способ изменить этот ужас. В мире без чувств, жизнь может быть даже прекраснее без них....
Чтобы заручиться его поддержкой, нам, по сути, придется его подкупить. Но потактичнее – Карданасу нравится делать вид, что он выше этого. Марти Рико надо будет пообещать, что мы изменим зонирование на Уэлс-стрит, чтобы он мог построить свои многоэтажные жилые комплексы. Разумеется, отклоним требование доступного жилья. Лесли Доуэлл тоже будет, но я не уверен, что она…
– Она хочет увеличения чартерных школ[18]. Дайте ей желаемое, и Лесли позаботится о том, чтобы все женщины в совете по образованию поддержали вас.
Я знал, что мать все же слушает.
– Риона возьмет на себя Уильяма Каллахана, – продолжаю я. – Он давно к ней неровно дышит.
Мать поджимает губы. Она считает, что использовать сексуальность – ниже нашего достоинства. Но она ошибается. Если что-то работает, оно не может быть ниже нашего достоинства.
Обсудив людей, с которыми надо будет пообщаться на вечеринке, мы готовы прерваться и приступить к работе.
– Что-то еще? – спрашиваю я отца.
– Это не касается вечеринки, – говорит он, – но в ближайшее время нам надо обсудить «Братерство»[19].
Мое лицо кривится.
Словно мне мало забот, теперь на меня ополчилась еще и польская мафия. Гребаные дикари, не имеющие ни малейшего понятия, как в наши дни ведутся дела, и до сих пор живущие в мире, где разногласия решаются отрубанием кистей рук. Повезет еще, если после этого тебя просто выкинут в реку.
То есть, если бы пришлось, я бы, конечно, тоже занимался подобным, но я хотя бы пытаюсь решить споры прежде, чем дело дойдет до крайних мер.
– Что насчет них?
– Тимон Заяц хочет с тобой встретиться.
Я колеблюсь. Это серьезно. Заяц – большая шишка. Мясник из Боготы. Но мне бы не хотелось видеть его в своем кабинете.
– Давай обсудим завтра, – отвечаю я. Подумаю над этим позже.
– Ладно, – говорит отец, выпрямляясь и одергивая полы пиджака.
Мать оглядывает его, чтобы убедиться, что все в порядке, затем переводит взгляд на меня.
– Ты будешь в этом? – спрашивает она, приподнимая идеально выщипанную бровь.
– А что не так?
– Немного формально.
– Папа в костюме.
– Она хочет сказать, что ты одет как гробовщик, – вмешивается отец.
– Я молод. Я хочу выглядеть зрело.
– Но стиль никто не отменял, – отмечает он."
"Я вздыхаю. Кому как не мне знать, насколько важна внешность. С недавних пор по совету ассистентки я предпочитаю легкую небритость. Однако переодеваться по три раза на дню, чтобы соответствовать случаю, очень утомляет.
– Я разберусь с этим, – обещаю я им.
