В Безмолвии Веры вы окунетесь в мир загадочной пленницы, которую прозвали Верайя Шеро. Она тряхнула головой и приподнялась на руках, но боль тут же затопила ее тело, заставив вернуться обратно к холодным камням. С каждым мигом она пытается понять, что это значит и как добраться до света, освещенного только мыслями....
Верайя дарила ему это чувство, щедро распыляя на него свое тепло.
Поначалу это было простым желанием разобраться, быть рядом с тем, кому с ним комфортно. Он, лишенный из-за своей магии слишком многого, тянулся Верайи.
После он начал наблюдать за странной девушкой более пристально. И это все настолько увлекло его, что он сам не заметил, как она стала чем-то незыблемым в его жизни.
Его любовь, на первый взгляд, пришла к нему постепенно. Он не был глухим, поэтому часто слышал о сильных чувствах с первого взгляда – безудержных, похожих на вспыхнувший в ночи пожар.
До своего рождения.
Осознание этого в первое мгновение поразило его, но вскоре он принял это знание так, словно в нем не было ничего странного.
Чем больше он думал об этом, тем больше понимал – Верайя была рождена для того, чтобы стать его.
Сны, некоторое время будоражащие воображение, прекратились так же быстро, как и начались. Несмотря на то, что они остались в памяти лишь смутными образами, они все еще казались давно забытыми, затертыми воспоминаниями. Не этой жизни – прошлой.
Одно время Ринон хотел поговорить с женой о них, но не стал этого делать, хотя и понимал, что в некотором роде все это будет звучать весьма романтично.
Главное, он сам о них знал и верил – это были не просто сны, а видения далекого прошлого, которое только еще больше убедило его в том, что Верайя была рождена для него.
Ему было любопытно – помнит ли она что-то о прошлом. Он наблюдал за ней и не заметил ничего странного. Ничего в ней не казалось ему подозрительным.
Она была умна, серьезна, усидчива и рассудительна. Возможно, если бы Ринон больше общался с другими, то понял бы, насколько на самом деле девушка отличается от своих сверстниц. Большинство людей отмечали некий диссонанс, который возникал у них при общении с ней. Больше всего всех удивляли ее глаза.
