В Безмолвии Веры вы окунетесь в мир загадочной пленницы, которую прозвали Верайя Шеро. Она тряхнула головой и приподнялась на руках, но боль тут же затопила ее тело, заставив вернуться обратно к холодным камням. С каждым мигом она пытается понять, что это значит и как добраться до света, освещенного только мыслями....
– Что? – поинтересовался он.
– Она куда-то вас зовет, – решил поработать переводчиком парень, узнавший ее. – Ты хочешь показать нам что-то?"
"Вера кивнула, а потом сделала осторожный шаг в сторону.
Конечно, отпускать ее одну никто не собирался. Следом направился почти весь отряд, кроме тех, кто повел ее прошлых тюремщиков куда-то на улицу.
Под многочисленными пристальными взглядами было неуютно, но Вера шла дальше, держа при этом спину ровно. Ей нечего было скрывать.
Почти нечего.
Глава 19
Вера не знала, в какой именно камере заперли Вивьен, она могла лишь предположить.
Никто ей не препятствовал, парни быстро поняли, что она кого-то ищет. Спустя время ей удалось отыскать нужную камеру. Стукнув по решетке кулаком, Вера привлекала к себе внимание Вивьен.
Женщина сначала вздрогнула, а потом вскинулась.
– Верайя? – прошептала она недоуменно, а потом попыталась посмотреть по сторонам. Заметив многочисленных людей, стоящих в некотором отдалении, она слегка побледнела. – Они с тобой что-то сделали?
Вера вскинула руки и жестами показала, что с ней все хорошо. Вивьен облечено вздохнула, вытирая слезы с лица рукавом.
– Тебя выпускают? – спросила она, не зная, как понять то, что вокруг происходило.
Вера повернулась к мужчинам и знаком попросила ключи. Естественно, никто ее не понял. Тихо вздохнув, она подхватила замок и указала на него, делая вид, что открывает. На ее взгляд, эту пантомиму должен был понять даже самый последний тупица.
Несколько человек переглянулись.
– Нам пора идти, – непреклонно произнес капитан, но Вера вцепилась в решетку и посмотрела так, чтобы всем было понятно: добровольно она не сдвинется с места.
Проблемой это никто из мужчин не счел, все-таки они были в разных весовых категориях. Тем более Вера не могла воспользоваться даже своим голосом, чтобы закричать, протестуя против подобного с ней обращения.
