Автор
Шотландия, 1375 год — Эйлис Макфаррлан смотрела на близнецов в животе своей невестки, испускающую зловещий блеск. Она нервно притоптывала ногой под столом, глядя на мужей, которые собирались объединить две древние семьи. Усилием воли Эйлис заставила себя улыбнуться и приглотать вино, скрывая свою злость....
Этот человек определенно находил какое-то странное удовольствие в ее мучениях Ей оставалось только молить Бога, чтобы Александр не понял, как сильно действуют на нее его уколы.
Глядя на его широкую спину, она про себя повторила его ответ. И вдруг поняла, что он ей не ответил. Его слова были простой констатацией факта. Александр не сказал, будет ли он проклинать ее за преступления, совершенные ее родственниками. Эйлис подумала над его репликой еще раз и снова пришла к выводу, что он ей так и не ответил. Она поборола искушение направить к нему свою лошадь и спросить еще раз, чтобы получить четкий ответ.
"– Ну? Где священник? – спросила Эйлис, когда Александр и Ангус подъехали туда, где она вместе с остальными стояла в ожидании на окраине деревни.
– В гостинице, – ответил Александр, подъезжая к ней.
– Гостинице? Какое странное место для священника, ожидающего жениха и невесту. Особенно когда рядом имеется прекрасная маленькая церковь. – Она показала на маленькую каменную церковь справа от себя.
– Именно в этой гостинице он сломал ногу. Он упал, когда покидал это место поздно вечером.
– О нет, нет. Ты собираешься сказать мне, что этот человек напился?
Александр скривился:
– Напился? Он буквально купается в эле. Но несмотря на это, он поможет нам повторить наши клятвы.
Эйлис вздохнула и нахмурилась, когда поняла, что тяжеловооруженный солдат, который ездил вместе с Александром, не вернулся.
– А где Рыжий Йен? Может, в этой деревне опасно?
– Нет. Рыжий Йен остался в гостинице, чтобы попытаться привести Макнаба в чувство. Пойдем, не будь такой боязливой.
– У меня плохие предчувствия, Александр. Очень плохие предчувствия, – негромко произнесла Эйлис, оглядываясь вокруг. Внезапно ее внимание привлекла небольшая клеть для цыплят на церковном дворе.
Когда Александр понял, куда она смотрит, он негромко выругался.
– Я хотел бы, чтобы ты не обращала внимания на предупреждения несмышленого ребенка и дурные сны. Ты всех заставишь бояться, – добавил он, пытаясь избавить ее от колебаний. Ему самому не хотелось находиться за стенами Ратмора, и он стремился покончить с венчанием побыстрее, чтобы можно было вернуться в свой безопасный замок.
– Осторожность – это не трусость, – выдохнула Эйлис, направляя лошадь к деревне.
