Автор
Шотландия, 1375 год — Эйлис Макфаррлан смотрела на близнецов в животе своей невестки, испускающую зловещий блеск. Она нервно притоптывала ногой под столом, глядя на мужей, которые собирались объединить две древние семьи. Усилием воли Эйлис заставила себя улыбнуться и приглотать вино, скрывая свою злость....
Имела ли она на это основание или нет, Александр был полон решимости завершить дело как можно быстрее.
Когда первый солдат, попытавшийся взобраться на дерево, полетел вниз после простого, но меткого удара в лицо изящной ножки в ботинке, Александр пришел в изумление – как и все остальные. На дерево начали взбираться другие солдаты, но и их точными ударами отправляли обратно на землю. Каждый солдат пытался залезть на дерево как-то по-новому, но девушка на дереве при живейшем участии мальчиков тут же изобретала новый метод отражения штурма.
Когда на землю полетел восемнадцатый солдат, Александр решил, что надо менять тактику. Не следовало понапрасну тратить драгоценное время. Он вытащил меч и приложил его кончик к уже пришедшему в сознание, но все еще неподвижному гиганту, оказавшемуся столь отважным защитником.
– Госпожа, – громко произнес он, и все головы повернулись к нему, – хватит этой игры. Сойдите вниз, или я немедленно перережу горло этому человеку.
Эйлис поняла, что проиграла, хотя и продолжала упираться:
– Ты не убил его, когда тебе пришлось с ним сражаться; и я должна поверить, что ты сделаешь это сейчас?
– Мы оба знаем, что ты пытаешься выиграть время.
Эйлис вынуждена была признать свое бессилие. Она не станет рисковать жизнью Джейма, чтобы выиграть время для спасения, которое может никогда не прийти. Вряд ли кто-нибудь заметит их отсутствие и через несколько часов. А жизнь Джейма она ценила очень высоко. Эйлис могла только молиться, чтобы ее не постигла судьба Джейма. Она мрачно взглянула на человека, который угрожал расправиться с ее самым дорогим и верным другом.
– Я хочу, чтобы ваше обещание не вредить ему распространялось и на нас, – заявила она.
Александр оцепенел от подобной наглости, но громко произнес:
– Мы не воюем с беззащитными женщинами и детьми.
– Я не спрашиваю вас о том, с кем вы ведете войны. Я просила вас поклясться, что детям не причинят вреда, пока они будут в ваших руках.
Сначала Александр лишь негромко буркнул что-то сквозь стиснутые зубы, но все же произнес:
– Даю вам в этом клятву.
