Автор
Это неукротимный роман о стремительных переменах в характере главного героя. Его юмор и язвительность заставляют смеяться, но настоящая притягательная черта – его внутренний вызов к самопознанию. Книга полна ожиданий и эмоциональных скачков, создавая непередаваемую атмосферу захватывающей драмы и глубокого понимания человеческих сложностей. Спасибо вашей поддержке в этом путешествии!...
— Посмотрим, — сказал я, кладя руку обратно на колено, хотя больше всего мне хотелось положить ее на колено Киры.
— А он? — Кира кивнула в сторону Денни.
Мой взгляд уперся в стол. Да, точно… Денни. Как ни крути, я предаю его, а мне вовсе не хотелось делать ему больно. Именно поэтому я согласился держать все в секрете, только между нами. Если Денни ни о чем не узнает, Кира сможет остаться с ним. Если захочет. Как бы она ни пожелала поступить со своим парнем, решать только ей.
Заранее ненавидя то, что я собираюсь сказать, я все же произнес:
— Вчера вечером я много об этом думал, — я мельком взглянул на нее. — Не хочу ранить его без нужды. Я ничего не скажу ему, если ты не попросишь.
Я буду молчать вечно, если ты захочешь, чтобы он никогда не узнал об этом треугольнике. Что угодно, если так тебе будет легче, что пожелаешь. До тех пор, пока у меня есть частичка тебя, не важно, насколько маленькая, я буду счастлив.
Кира ответила без промедлений.
— Нет, я не хочу, чтобы он знал.
Это признание далось ей нелегко. И я могу это понять. Меня бесит, что Денни стал частью всего этого, и тем не менее это так. Но у нас разные отношения, и я пытаюсь смириться с этим. Кира, кажется, не разделяла со мной стадию принятия. Она казалась разбитой и окончательно запутавшейся.
— Что значит «без нужды»? Кто мы с тобой теперь, по-твоему? — спросила она.
Я снова улыбнулся, потянувшись через стол, чтобы взять Киру за руку.
Кира вздрогнула и попыталась убрать руку, но я крепко держал ее, поглаживая пальцы. Ей нужно запомнить это ощущение, эту легкость. Только так мы сможем вернуться к тому, что было раньше.
— Ну, в настоящий момент мы друзья, — я прошелся взглядом по ее телу, желая снова остаться с ней наедине.
И гораздо больше, чем друзья. Впусти меня, и я стану для тебя всем.
Она впилась в меня разъяренным взглядом.
— Ты сказал, что мы никогда не были друзьями. Только соседями, помнишь?
Знаю, я не смог бы объяснить все, что я чувствую к ней. Не в тот момент, когда ее разум затуманен виной. Поэтому я, дразнясь, сказал:
— Ты заставила меня передумать.
