Я поднял руки, показывая ей, что я безоружен, физически и эмоционально.
— Мир?
— Мир, — кивнула она.
Опираясь о стойку, я завел руки за спину. Не хотелось поддаться искушению прикоснуться к ней. Взглянуть ей в глаза я не мог, поэтому смотрел в пол.
— Спасибо, что побыла со мной ночью.
— Келлан…
Она попыталась перебить меня, но я продолжил.
— Я не должен был говорить таких вещей, ты совсем другая. Прости, если напугал. Я был страшно зол, но ни за что бы тебя не обидел, Кира… Это не нарочно, — это признание придало мне сил, и я наконец смог посмотреть ей в глаза. — Меня занесло. Нельзя было ставить тебя в такое положение. Ты не… Ты ни в коем случае не… Не шлюха, — сказав это, я отвел взгляд. Господи, каким же нужно быть мудаком, чтобы назвать ее так.
— Келлан…
Желая высказаться, прежде чем моя смелость уйдет в закат, я снова ее перебил.
— Я никогда… Я не стал бы тебя заставлять, Кира. Это не… Я не… — перестав нести несусветную чушь, я уставился в пол. Почему красноречие подводит как раз тогда, когда оно так необходимо?
Мягкий голос Киры заполнил пустоту между нами.
— Я знаю, что не стал бы. — Помолчав секунду, она добавила: — Прости. Ты был прав. Это я… Я тебя спровоцировала, — коснувшись моей щеки, она заставила меня развернуться к ней лицом. — Прости за все, что я натворила.
Она слишком много на себя берет. Ведь она не виновата в том, что я потерял контроль. Не ее вина, что я превратился в разъяренного ублюдка.
— Нет… Я просто спятил. Это я был не прав. Ты ни в чем не виновата. Тебе не за что извиняться…
Она понизила голос, прерывая меня.
— Нет, есть за что. Нам обоим известно, что я сделала не меньше твоего. Я зашла так же далеко, как и ты.
Нет, это не так. Она снова и снова повторяла, что не хочет меня, я просто не слушал ее.
— Ты же четко мне говорила, постоянно. А я не слушал… тоже постоянно. — Я убрал ее руку от своего лица, тяжело вздохнув. Я не заслуживаю ее доброты. — Я был просто чудовищем. Это я зашел далеко, вообще вышел за грань, — презирая самого себя, я провел рукой по лицу. — Я… Я ужасно виноват.
Как всегда упрямясь, Кира не хотела соглашаться со мной.
— Нет, Келлан… Я вела себя не пойми как. Показывала тебе то одно, то другое.
Я приподнял бровь, не веря услышанному.
— «Нет» вполне понятное слово, Кира. И «прекрати» тоже.
— Ты не чудовище, Келлан. Ты бы никогда…
Вспоминая разговоры после нашей предыдущей провальной попытки спать в одной комнате, я ударил по больному.
— Но я и не ангел, Кира… Не забывай! А ты понятия не имела, на что я способен.
Посмотри, как я поступил со своим лучшим другом. Я сплошное разочарование. Я ничтожество. Я ничто. Ты заслуживаешь гораздо большего.
Кира поджала губы, мои аргументы звучали недостаточно убедительно.