Автор
Это неукротимный роман о стремительных переменах в характере главного героя. Его юмор и язвительность заставляют смеяться, но настоящая притягательная черта – его внутренний вызов к самопознанию. Книга полна ожиданий и эмоциональных скачков, создавая непередаваемую атмосферу захватывающей драмы и глубокого понимания человеческих сложностей. Спасибо вашей поддержке в этом путешествии!...
Когда они вдруг наполнились слезами, я подумал, что нас мучает одно и тоже. Это хорошо или плохо?
Ободряюще улыбнувшись, я поздоровался с ней как обычно.
— Утречко.
Интересно могла ли она догадаться, но про себя я всегда добавлял: «красавица».
Я пошел навстречу к ней, но для Киры, похоже, это было слишком медленно. Она побежала и буквально кинулась в мои объятия. Уткнувшись головой в мое плечо, Кира разрыдалась. Не на такую реакцию я рассчитывал. Но держал ее крепко, пока сквозь рыдания она говорила:
— Я думала, ты уехал.
Чувствуя себя идиотом из-за долгого отсутствия, я нежно поглаживал ее по спине.
— Прости, Кира. Я не хотел тебя расстроить. Мне нужно было кое-что уладить.
Она отстранилась, затем ударила меня в грудь. Ее глаза горели, когда она отрезала:
— Ну смей так делать! — забавляясь тем, какая она милая, когда злится, я положил руку ей на щеку. Ее гнев исчез, когда она посмотрела на меня и уже более мягко добавила: — Не смей так меня бросать…
По тому, как Кира это сказала, было ясно, что она всё же думала, что однажды я уйду от нее.
Но сначала я попрощаюсь.
— Не буду, Кира. Я просто так не исчезну.
Я закончу наши отношения.
Пока я гладил ее по щеке, Кира изучала мои глаза. Мне нравится, когда она так смотрит на меня. Я мог бы утонуть в ее постоянно меняющих цвет омутах.
— Я люблю тебя.
Слова были такими простыми, что их может сказать едва говорящий ребенок, но они обладают такой мощной силой… Они могу рушить жизни. И на меня они подействовали немедленно. Глаза защипало от непрошенных слез. Я закрыл глаза и по щекам покатили две одинаковые слезинки. Я хотел рыдать и смеяться одновременно. Радость и боль кружили во мне в мучительной агонии. Я понятия не имею, что из этого сильнее.
Я почувствовал, как Кира смахнула влагу с моих щек.
— Я очень, очень… люблю тебя.
Искренность в ее голосе, печаль, сострадание, восторг… все это заставило мою душу сжаться в комок. Я хотел упасть на колени, обхватить ее руками и никогда не отпускать. Как я могу оставить единственного человека, который признал, что любит меня? Когда я открыл глаза, из них снова хлынули слезы.
— Спасибо.
