Автор
Это неукротимный роман о стремительных переменах в характере главного героя. Его юмор и язвительность заставляют смеяться, но настоящая притягательная черта – его внутренний вызов к самопознанию. Книга полна ожиданий и эмоциональных скачков, создавая непередаваемую атмосферу захватывающей драмы и глубокого понимания человеческих сложностей. Спасибо вашей поддержке в этом путешествии!...
Вспомнив, что нам нужно было обсудить кое-что важное, я мягко отстранился. Мне было необходимо пространство, чтобы сопротивляться притяжению губ Киры, поэтому я отступил к столу.
— Кира, нам нужно поговорить о Денни…
В этот момент в кухню вошел и сам Денни.
— Что обо мне? — буркнул он.
Боже, черт тебя подери. Мое сердце подскочило к самому горлу, но умение сохранять невозмутимое выражение лица позволило мне не потерять самообладание. Если бы он зашел десятью секундами раньше…
Ломая голову над разумным ответом, я выпалил первое, что было более или менее похоже на правду.
— Я спрашивал у Киры, не хочешь ли ты вечером зависнуть с нашей компанией. В ЕМР намечается тема…
— Нет, мы останемся дома, — перебил меня Денни.
Я рискнул взглянуть на Киру. Она смотрела на меня так, словно я сказал Денни, что отрастил крылья и всю прошлую ночь парил над городом.
Я обратил внимание на то, как Денни подчеркнул слово «мы». Кира никуда с тобой не пойдет. Понятно?
— Хорошо… Подруливайте, если передумаете. Мы будем там весь день.
В комнате повисло напряжение, и я решил, что, возможно, сейчас самое время сказать правду. Но мы с Кирой еще не решили, как лучше это сделать. И поскольку теперь мы одна команда, то решение должны принять вместе. Не то чтобы это вообще имело значение для Денни… Может, стоит дать Кире разобраться с этим самой. Он воспримет это лучше из ее уст. А если я буду рядом, то он попросту придет в ярость. Да, сначала Кира расскажет ему, а потом подключусь я.
— Пойду я, пожалуй… — сказал я, когда неловкость, казалось, заполнила все пространство кухни.
Я бросил на Киру многозначительный взгляд, когда Денни отвернулся. Пожалуйста, поговори с ним. Ее выглядела до невозможности несчастной, и я понимал, что она не горела желанием делать это. Как и я.
В доме было тихо, пока я собирался. Даже слишком тихо. Я мысленно пожелал Кире удачи, отругал себя за то, что у меня не хватило смелости быть рядом с ней в этот момент, и направился к Эвану.
Он не удивился, когда увидел меня на пороге, но выглядел разраженным.
— Может, дать тебе ключи, чтобы не вставать каждый раз, когда тебе захочется сбежать от чего-то."
"Я был почти уверен, что понимаю причину его злости.
— Прости, что вел себя как мудак прошлой ночью.
Эван прислонился к дверному косяку, загораживая проход.
— Мудак это еще мягко сказано. Я бы скорее сказал… самовлюбленная дива.
Это вызвало у меня полуулыбку.
— Да, может ты и прав. Но мне правда жаль.
