Поздняя ночь на небе тучи: звезд нет и не видно. Вдруг слышится шорох, за дерево юркнуть пришлось ради возможного бегства. Кто-то прорываясь сквозь кусты оказывается крупнее кошки — возможно, будет опасность.
– И ты так уверен, что не опозорился бы, как и все? – Я продолжала издеваться.
Разговор порядком утомил. Хотелось есть и спать, но больше всего тело требовало теплой ванны, на худой конец душа, но никак не стоять на виду у всех, пререкаясь с выскочкой аристократической, и развлекать толпу.
Я терпеливо ждала, когда мне отдадут ключ от комнаты. Но хозяину, похоже, представление нравилось, и он не торопился. Зато высокородный хлыщ оскалился, схватил меня за локоть и развернул к себе лицом.
– А ты ничего. Могу за коня осчастливить и, так уж и быть, проведу с тобой пару часов.
Изнутри поднялся гнев, сила побежала по венам. Я вдохнула глубже, выдохнула, нацепила на лицо улыбку и, наконец, смогла ответить:
– Сомнительное удовольствие. Признайся честно, ты стащил одежду с благородного, а его манеры перенять забыл?
Свои слова сопроводила небольшим выбросом силы, и парня от меня отбросило. Присутствующие ахнули. Сиятельство, перевернув несколько столов, впечатался в стену. Я же, обернувшись к хозяину заведения, на миг забыла о своей роли и властно потребовала:
– Комнату, ванну и ужин.
Уже через пару секунд передо мной лежал ключ. Поблагодарила за него с милой улыбкой, бросила последний взгляд на аристократишку, успевшего подняться и со злостью разглядывающего меня исподлобья, после чего легко взбежала по ступенькам.
Шепотки за спиной попросту проигнорировала. Народу захотелось развлечений, они наверняка не ожидали, что приезжая девица способна дать отпор, потому и перемывали мне кости.
Я вспомнила свой первый бал во дворце три года назад. С каким восторгом я собиралась, сколько надежд питала. Мне хотелось показать себя во всем блеске. Какая же была тогда наивная. Мнила, что вызову восторг, а на деле получилось… Злые шепотки других дебютанток, на которых нацепили кучу украшений, тогда как на мне их почти не было; попытки выставить меня в неприглядном свете из-за отцовского воспитания и увлечения неженскими состязаниями и оружием.
"Открыв комнату, досадливо скривилась. М-да, это тебе не покои в поместье. Не первой свежести серое белье, затхлый запах, потрескавшиеся стены и потолок. Но воротить нос не стала. Дождалась ванну с горячей водой, достала чистый комплект белья и одежды, перекусила, когда принесли ужин, и одетая завалилась спать, не забыв поставить охранный контур. Как выяснилось позже, не зря.
