Поздняя ночь на небе тучи: звезд нет и не видно. Вдруг слышится шорох, за дерево юркнуть пришлось ради возможного бегства. Кто-то прорываясь сквозь кусты оказывается крупнее кошки — возможно, будет опасность.
– Моя Тейзи, лошадь с огненной кровью, как их называют, скоро должна явить на свет жеребенка. Только ты одна не видишь дальше своего носа, – усмехнулся Сайлаш.
– Ух ты! Интересно, какой жеребенок получится у такой пары? – Я совершенно не аристократично присвистнула.
– Через месяц узнаем, – подмигнул друг, – ты как раз окончательно поправишься.
– Сайлаш, а что с… – Я запнулась. Даже имя баронессы упоминать не хотелось, но не спросить не могла. – И как вы меня нашли?
– Нашли вас обеих раньше, но не смогли пробить защитный купол, который установила Истасия.
В этот момент появились друзья. На лицах обоих отразилась ненависть.
– Эта тварь еще пыталась снова закосить под блаженную, мол, ничего не знаю, это не я, а она сама, но ей никто не поверил, – рыкнула Вэйша. В ее глазах полыхнула ярость. – Ух! Как у меня руки чесались свернуть ей шею!
– Не только у тебя, – в тон подруге отозвался напарник.
– Так им и надо, – мстительно заметила подруга. – Кто к нам со злом придет, сам от него и подохнет.
Я с укором посмотрела на девушку. Сдерживать эмоции и совсем не женские выражения она так и не научилась.
Через два дня меня навестил отец, и я искренне ему обрадовалась. Я уже сама передвигалась по комнате. Правда, раненая рука все еще слабо двигалась, это раздражало, чувствовался дискомфорт, но лекарь пообещал, что вскоре все восстановится.
Сайлаш покинул меня, обернувшись возле дверей. Я заметила, что он не хотел уходить, но важно было пообщаться с отцом наедине. Маркиз это понял безо всяких слов.
– Как мама? Нала? – первое, о чем я спросила. Судя по виноватому виду папы, обо мне никто не беспокоился.
– Твоя сестра ждет ребенка, мама носится с ней, как с младенцем, – поведал мне, осторожно подбирая слова.
