Поздняя ночь на небе тучи: звезд нет и не видно. Вдруг слышится шорох, за дерево юркнуть пришлось ради возможного бегства. Кто-то прорываясь сквозь кусты оказывается крупнее кошки — возможно, будет опасность.
Рот мгновенно наполнился слюной. В уши ударил гомон – народу в зале оказалось много. Больше всего удивило разделение на секторы. На каждом висела табличка с названием факультета. Самые дальние столы, скрытые зеленью вьющихся растений, стояли будто на возвышении. Кто за ними сидел, видно было плохо.
– Нам туда, – Вэйша ткнула пальцем в нишу, рисунок рядом изображал клинок, скрещенный с факелом, – места для боевиков.
И столько гордости прозвучало в ее голосе, что я невольно прониклась. А меня продолжали просвещать:
– Боевики – элита, их боятся и уважают.
Переведя равнодушный взгляд на дальние столы, вздрогнула. Кто б сомневался… Я никогда не искала легких путей. И если уж задевать и ссориться, так обязательно с местным корольком.
– У тебя будет возможность даже постоять рядом с ним, – вздохнула, разочарованно покосившись на столы с едой.
– С чего ты взяла? – не поверила Вэйша и пискнула: – Ой! Он идет в нашу сторону!
Не дожидаясь Сайлаша, потащила ее к свободному месту за столом. Еще и Алла как назло не наблюдалось. Мы втиснулись между бойкой девицей, эмоционально что-то рассказывающей, и щуплым пареньком, ехидно поглядывающим на нее.
– Кого я вижу? Безродная с благородным конем, – с издевкой произнесли позади. За столом мгновенно притихли.
– Под конем ты себя имеешь в виду? Мой-то в стойле отдыхает, – не оборачиваясь, выдала наглецу.
– А ты наглая. Нужно тебя проучить. Ты хоть знаешь, с кем разговариваешь, безродная?
Слишком спокойный тон насторожил, но оборачиваться не торопилась."
"– Тебе слово нравится, или ты таким образом пытаешься конкретно меня зацепить? Если второе, можешь не утруждаться. Себе нервы сбережешь, да и мне не придется о прописных правилах рассказывать, – отозвалась ровно, без эмоций.
– Что-то ты слишком зарвалась, – прищелкнул языком юноша.
– Меня уже просветили, ты местный королек. Я должна быть счастлива, что сиятельный маркиз снизошел до безродной? – Все-таки обернулась и столкнулась с потемневшими от ярости глазами парня.
– Я не терплю подобного тона, – холодно выдал Сайлаш.
– Так и я не заставляю, – пожала плечами, – возвращайся к себе и не нарывайся на грубость. Если ты все еще здесь, значит, тебе самому нравится.
