Поздняя ночь на небе тучи: звезд нет и не видно. Вдруг слышится шорох, за дерево юркнуть пришлось ради возможного бегства. Кто-то прорываясь сквозь кусты оказывается крупнее кошки — возможно, будет опасность.
Лично у меня свидание стояло бы в списке на последнем месте. А сейчас его и вовсе в нем нет, потому что мое сердце свободно, – призналась, чем несказанно удивила соседку.
– Ты же девушка, а нам положено влюбляться, а не об оружии думать.
– У каждого свои приоритеты, – произнесла, усмехнувшись, по девушке видно, что она меня совершенно не понимает.
– И тебе совсем-совсем не нравится маркиз? – Кажется, мне не поверили, и на миг я все же разозлилась. Дался им этот королек, неужели на нем свет клином сошелся? Слепое преклонение раздражало.
– Даже если я тебе честно отвечу, ты все равно не поверишь, – вздохнув, присела на кровать. – Не понимаю, что ты видишь в нем такого, чего не вижу я? Красота? Так Алларианш ничем ему не уступает, но почему-то при виде него в обморок не падают, дар речи не теряют. Титул? Один маркиз, другой граф. Так чем Сайлаш лучше?
Пока я говорила, глаза Вэйши округлялись все больше, пока она не застыла, словно статуя. Сделала шаг назад, споткнулась, схватилась за стол.
– Киара, ты кто? – вместо ответа спросила соседка по комнате.
– Киара Святарина, я же говорила, – машинально ответила, пока еще не понимая сути. – А к чему ты спрашиваешь?"
"– Странное у тебя поведение. Ты держишься с аристократами так, словно часто вращалась среди них. В тебе нет почтения к титулам, нет подобострастия к тому, кто выше по социальному статусу.
– Меня воспитывала наставница вместе с госпожой. Да, она часто вращалась среди себе подобных. Я находилась рядом не как служанка, скорее как компаньонка. Может, поэтому и нет подобострастия. Многие аристократы снобы, хамы и задиры, которым недостает воспитания. Разве к таким может быть уважение? Только ради титула?
– Богачи многое могут себе позволить. И не нам их осуждать.
