Автор
В главе первой бесстрастной Лины и упрямого Данила знакомство выходит на новый уровень. Когда он заявляет о своем извинении, она фыркнула в раздражении, но затем предотвращает стычки, прося простить его. Тем не менее, ее холодность остается непоколебимой, и Данил понимающе смотрит на несговорчивую Лину во мраке заката, чувствуя, что мир вокруг рушится....
Я пыталась осторожно сформулировать вопрос
— Клим… этот самолет… он твой? Я имею ввиду, твоей компании?
Он пожал плечами.
— Это моей семьи. У моего отца много денег. Я просто нахожу, что легче летать частным.
— Кто твой отец?
Клим ущипнул себя за переносицу, как будто вопрос причинял ему боль и он предпочитал бы не говорить об этом.
— Леонид Степанович Громов.
Я знала это имя. Его отец был одним из богатейших людей в стране, бизнес-магнат, имеющий миллиарды долларов. Его имя не часто мелькало в новостях, но Данил, будучи банкиром, регулярно читал журналы и газеты типа Уоллстрит Джорнал или Форбс.
— Итак, ты…
Он оборвал меня, отвечая резко и напряженно.
— Просто Клим. Бизнес моего отца, его деньги, не имеют никакого отношения ко мне.
— Клим, я…
— Ты действительно не знаешь, кто я? Или ты просто притворяешься?
Его ярость была ощутима. Сладкий, заботливый, чувственный мужчина, которого я встретила во время дождя и ездила с ним на Харлее, исчез.
— Зачем мне строить из себя дурочку? Откуда мне было знать кто ты или кто твой отец?
— Ты удивишься.
Теперь настала моя очередь перебить его
— Если ты думаешь, что я какая-то золотоискательница, тогда зачем ты привел меня сюда?
— Я не говорил, что думаю о тебе так."
"— Ты намекнул на это,— сказала я, будучи раздраженной в данный момент.— И я не оценила это. Я понимаю, что ты может быть осторожный человек, зная, кто ты, но это не значит, что каждая женщина, которая набрасывается на тебя, жаждет только твоих денег.
Я встала, жалея себя за свою импульсивность.
— Вызови мне такси или что-то еще. Я возвращаюсь домой… или в дом моих родителей… просто не дай самолету взлететь, пожалуйста.
Я пошла к выходу из самолета, который был уже закрыт.
Клим встал и последовал за мной.
— Мы уже вырулили на взлетную полосу, Лина. Если ты действительно не хочешь лететь, я отвезу тебя домой. Но, послушай, я действительно не хотел обвинять тебя в корыстности.
Его большие, сильные руки нежно, но настойчиво нажали на мои плечи. Я хотела остаться раздраженной, удержать свой страх, чтобы иметь возможность сдаться и вернуться домой.
Назад в скучную, предсказуемую известность.
Должно быть, он почувствовал, что мое сопротивление спало, так как развернул меня и прижал к двери, одним пальцем поднимая подбородок вверх, чтобы я посмотрела на него.
