Автор
В безумной больнице толпы пациентов свистят и бормочут, словно в кошмаре из медицинского здания вырвались на свободу. Здесь нет покоя: одетые в кровь и кости, они рвутся друг в дружину, разрушая плоть и жизнь на тропе жестокой борьбы за выживание. Ты работаешь здесь уже три дня, отталкиваясь от грязи и одурманенного ужаса....
Только в боях зло и сгоняет."
"– Это ты не поняла. Раздевайся, а то я сам раздену.
В камере напротив заметно оживились.
– Ты смотри у Безумного какая лялька!
– Давай, Безумный, на кол её!
– Нам немного оставь, а?
И дружный гогот.
– Заткнитесь нахрен! – бросил им и подступился к девице. А та швабру подняла, защищаться ею решила. Смешная.
– Давай так. Я тебя трахну быстренько и отпущу. Никаких побоев и жести. Только классика. Ну можешь ещё минетом меня побаловать, не откажусь. За это я скажу Кривому выплатить тебе премию из моих денег.
– Вы что? Вы совсем, что ли, тут ума все лишились? – в глазах девицы появляются слёзы, а этого Безумный никак не ожидал.
– Ну ты чего? Я же сказал, больно не будет. Будет хорошо. Обещаю.
– А если я не соглашусь? – продолжает целиться в него шваброй и жевать сопли, чем начинает уже раздражать.
– А если не согласишься Кривой тебя к ним закинет, – кивает на клетку напротив. А они перед тобой реверансы расписывать не будут.
– Я так не хочу, – в глазах непролитые слёзы, но наива у девки ноль. Понимает, что попала.
– Убери уже эту швабру. И иди сюда. Я не обижу.
Она опускает швабру, ставит ту к стене. Делает к нему осторожный шаг, а Тархан, выкинув вперёд руку, резко ловит её за запястье. Попалась малая.
– Давай, иди сюда.
Она не истерит, но пытается вырваться. Молча, зло. Видать девку не раз обижали. Привыкла.
– Слушай меня! – рявкнув на неё, заставил остановиться и опустить руки.
Она понимает, что просто так не вырвется из клетки. Уж даже если он не смог…
– Минет. Только помойся, – просит тихо она, правильно расставляя приоритеты. – И отпусти меня сразу же, ладно?
– Договорились, – Тархан идёт к раковине, тщательно моет член. Девка-то нормальная попалась, не хочется перед ней позориться.
Помывшись, повернулся к ней.
– Иди сюда.
Из соседней клетки недовольно захрюкали. Животные грёбаные.
И он тоже животное.
Она делает несколько осторожных шагов, заходит за штору у унитаза, встаёт на колени без лишних разговоров. Дрожит.
– Не бойся. Сказал же, жестить не буду.
– Я не могу не бояться. У меня это в первый раз, смотрит на то, как он приспускает штаны вместе с боксерами, вытаскивает член.
– Много чего бывает в первый раз. Просто расслабься и слушай меня.
