В пещере из чёрного базальта, где солнце лишь слабо бьётся сквозь тёмные стены, мужчина пытается говорить ровно. Даже ребёнок в это мгновение вырывается из его внимания. Полдень миновал, но сумерки уже крадутся в Тронный Зал под песками. Слуги зажигают свечи, их свет мягко танцует по доскам и шёлку, переливающемуся как огонь из ночи....
Я думаю, это всё из-за Ойро, утром она дала нам свою кровь. И, вероятно, именно из-за этого брат смог вытерпеть. Она дала её всем нам: мне и брату, а также Айле, Рушану и Дарену. Все хоть и получили травмы, но выжили, потому что в нас уже была её кровь.
Предположение, что сейчас все перечисленные могли быть мертвы, если бы не сестра, приводит меня в ужас и стирает все мысли. Я с трудом сохраняю лицо, выдавливая новый вопрос.
– Зачем Ойро дала вам кровь?
Суа грустно улыбается.
– Она хотела помочь нам избавиться от похмелья.
Будь это другой день, я бы рассмеялся. Но сегодня, после произошедшего, нелепость удачного совпадения скорее пугает.
– Какая же она дура, резать себя ради похмелья, – едва слышно бормочет Самия, а затем несколько раз проводит ладонью по лицу, будто это поможет смахнуть тревогу."
"Я хочу остаться подольше, помочь ещё хоть с чем-то, но Хёрин просит меня уйти. Зная, что им необходимо побыть одним и пережить горе без свидетелей, я подчиняюсь. Но всё равно вернусь завтра с Рушаном, несмотря на все их возражения.
Собственный дворец встречает нас полумраком. Он кажется неестественно тихим, тёмным и пустым. Перед уходом наверняка большинству слуг и страже Самия приказала разойтись пораньше. Несмотря на доверие, чем меньше глаз видят нас в подобном разбитом состоянии – тем лучше. После попытки переворота даже им мы не позволяем видеть наши слабости.
Мы все идём проверить сестру и Рушана, услышать новости от Бенеши. Когда мы подходим к комнате Ойро, главная целительница как раз покидает её, держа в руке небольшой таз с грязными и окровавленными тряпками.
– Нам стоит поговорить наедине, ваше величество, – предупреждает она с ходу.
Я прошу друзей оставить нас и зайти первыми. Они нехотя выполняют просьбу. Мы отходим на приличное расстояние подальше от комнаты, и только тогда Бенеша начинает говорить.
– Пришлось отойти, потому что я не знаю, как сообщить это Рушану. Возможно, у вас получится лучше, – я напрягаюсь из-за того, что Бенеша использует успокаивающий голос, которым всегда сообщает плохие новости.
– Это же хорошие новости, Бенеша! – воодушевляюсь я и позволяю себе улыбнуться.
– Количество крови восполняется медленно, а потеря была слишком большой, – зачем-то повторяет она сказанное, пристально глядя мне в глаза.
