В Безупречном плане жесткие тени и холодная мимикрия скрываются за легкой повседневностью. Человек с циферблатом и безрадостным взглядом встречает старуху, возвращающуюся домой после долгого дня. Постепенность их движений прикрывает тонкую нить коварства, пока они не вынуждены совместно спуститься по лестнице и прохождать через серые коридоры захламленного подъезда....
Глава 10
— Я деловой человек, Настя, — немного смутившись, кашлянул Аллигатор. — Мог бы тебе напеть песен и вызвать жалость к старому дядюшке. Но не собираюсь унижать ложью ни тебя, ни себя, — вздохнул он и уставился на девчонку, словно пытаясь понять, какие мысли вертятся у нее в башке. Но распахнутые янтарные глаза и бесхитростная улыбка говорили лишь об одном: милая наивная девочка сейчас готова на все. Вот только согласится ли, когда узнает, что ей предстоит сделать?
Настя внимательно смотрела на дальнего родственника, вмиг превратившегося из добродушного старика в акулу бизнеса.
— Знаешь, что такое колесо Сансары? — небрежно бросил Илья и снова задумчиво глянул на девчонку.
— Круговорот перерождений. Непрерывный цикл рождения и смерти, — бойко, как на экзамене, ответила Настя.
— Да, — кивнул Легатов.
— Дина? — изумилась Настя и даже прикрыла рот рукой. — Моя Дина?
— Можно долго спорить, чья именно Дина: твоя или моя, — криво усмехнулся Илья Семенович. — Но ты совершенно права. Я любил твою бабушку не братской любовью, а она отвечала мне взаимностью. Но ей хотелось стать матерью, иметь полноценную семью и детей.
— Боже, — вздохнула Настя. — Сейчас такая буча поднялась только потому, что вы родственники, а как узнают, что возлюбленные, так пока до смерти не замучают, не отстанут.
— В моей семье все давно известно. Я не видел смысла скрывать, — немногословно заметил Легатов и спокойно посмотрел на свое семейство. Жена кивнула, а сын передернул плечами, словно давая понять: что толку ворошить старую историю?
Настя перевела взгляд на Бэллу, потом на Егора.
— Я давно мечтаю о собственном ребенке, — резко заявил Аллигатор и устало откинулся в кресле. Махнул рукой в сторону Каймана. — Люблю Егора как родного сына, но все же хочется, чтобы на свете жил еще кто-то одной крови со мной. Мой собственный сын или дочь, продолжатель рода.
