После смерти родителей Кэтлин Тернер переезжает в Индианаполис в поисках новой жизни. Работая курьером в престижной юридической фирме, она встречает харизматичного адвоката, который перевернёт её мир. Их отношения становятся опасной страстью, грозящей всё разрушить. Героине предстоит...
Неожиданно, я почувствовала себя не лучше тех девиц, над которыми мы с Клэрис так часто смеялись, и которые не имели представления, насколько незначительными и заменяемыми были в жизни Блейна.
Что бы ни было, самобичевание и депрессия вряд ли могли решить мои проблемы. Заставив себя подняться с кровати, я прошла по коридору в ванную. Мне понадобилось некоторое время, чтобы прочесать спутавшиеся волосы, после чего я умылась и спустилась вниз в поисках кофе.
К моему удивлению у Грейси уже была компания. Резко застыв в дверях кухни, я увидела сидевшую за столом женщину.
— Прошу прощения, — извинилась я, взглянув на Грейси. — Не знала, что у тебя гости.
Я уже развернулась, чтобы уйти, когда Грейси меня остановила:
— Кэтлин, подожди! Мне бы хотелось вас познакомить.
Я неохотно повернулась, и мои щеки подернулись краской. Ночная сорочка, которую одолжила мне Грейси, оставляла мало простора для воображения. Темно-синий атлас на бретельках почти не закрывал спину и достигал только до середины моего бедра.
— Могу я сначала одеться? — спросила я, и Грейси только рассмеялась. Я заметила, что она тоже все еще была в неглиже, хотя и накинула поверх него входящий в комплект халат.
— Симона не будет против, — произнесла Грейси, подзывая меня ближе. Это имя показалось мне знакомым, но я не могла вспомнить откуда. Пройдя вперед, я приклеила к губам улыбку и, наконец, повернулась к смотревшей на меня женщине."
"Она выглядела старше нас. Возможно, ей было чуть больше сорока, но ее внешность была очень ухоженной и, несомненно, эффектной, из чего я сделала вывод, что у нее были деньги. С безупречным макияжем, волосами, уложенными во французский пучок, в элегантном костюме с серебряными кольцами в ушах и соответствующим серебряным колье на шее, она выглядела очень властно и представительно.
Улыбнувшись, женщина протянула мне руку.
— Доброе утро, Кэтлин, — произнесла она, и я обратила внимание, что ее голос был подернут заметным акцентом. Возможно, французским. — Я много слышала о тебе.
Я вопросительно взглянула на Грейси, но та только улыбнулась.
— Мне приятно с вами познакомиться, Симона, — ответила я вежливо, пожав ей руку.
— Присаживайся, Кэтлин, — предложила Грейси, подорвавшись на ноги. — Я налью тебе кофе.
Я поблагодарила ее и, выдвигая стул, заметила, как Симона критично меня оглядывала. Нервозно сев, я сложила руки на коленях и когда Грейси поставила передо мной чашку кофе, сделала небольшой глоток.
