Мне тоже не хочется начинать карьеру курьером в юридической фирме. Но вот как я столкнулась с этой нелепой ситуацией и что из этого вышло - это уже совсем другая история, полная загадок и неожиданных поворотов, где реальность может быть на грани невероятности.
— Я понимаю, Люси, что говорю вам об этом в самый последний момент, — продолжил Эвери, — но мне понадобится ассистент во время командировки в Чикаго. Мы вылетаем сегодня вечером. Вы сможете меня сопровождать?
Мои глаза расширились.
Это, определённо, могло оказаться либо очень хорошей перспективой, либо очень плохой — в зависимости от того, что успела сделать Сиджи.
— Мм, конечно, сэр, — ответила я после некоторой паузы. — Думаю, я смогу найти время для рабочей командировки.
— Вам не нужно… урегулировать этот вопрос с кем-то? Возможно, с мужем или бой-френдом?
Я покачала головой, но потом запоздало осознала, что, вероятно, мне стоило солгать ему, потому что в его глазах появился заинтересованный блеск.
— Мы вернёмся только в среду, — продолжил он, призрачно улыбнувшись. — Поэтому вам стоит упаковать вещи на несколько дней.
— Хорошо, — кивнула я автоматически, пытаясь всё это осмыслить, — так и сделаю.
Эвери прошёл мимо меня в сторону своего кабинета, и я в панике начала думать, чем ещё можно было сделать, чтобы дать Сиджи чуть больше времени.
— Постойте! — воскликнула я, и Эвери вопросительно оглянулся, в то время как мои мысли лихорадочно кружились в голове. — Вещи… какого плана мне следует с собой взять?
— Деловой стиль одежды будет в самый раз. — Его глаза прошлись вниз по моему телу, а потом снова поднялись вверх. — И возможно, что-нибудь менее… формальное, — добавил он. — Велики шансы, что завтра вечером мы будем отмечать успешное завершение мероприятия. — Его взгляд подёрнулся блеском, заставившим меня почувствовать себя немного нехорошо, и я замаскировала свою неловкость улыбкой, которая — оставалось надеяться — вышла у меня кокетливой.
— Намечается вечеринка? — продолжила флиртовать я, и Эвери сделал несколько шагов назад в моём направлении.
— Сколько тебе лет? — спросил он с любопытством, убрав несуществующую пылинку с моего плеча.
— Двадцать пять, — солгала я. Он просто посмотрел на меня, и мне пришлось уступить. — Двадцать три. — Боже, из меня получалась ужасная лицедейка. В детстве отец никогда не верил моим попыткам солгать. Каким-то образом, он всегда знал, что я выкручивалась.
