Ещё миг — и ушёл бы. Но мои руки быстрее. Вырвавшийся из моего кулака незримый клинок успевает скосить ноги гада в самый последний момент.
В раздавшемся снаружи крике столько боли и ужаса, что мне становится страшно. Вдруг сдохнет? Брошенный взгляд на упавшие на пол по эту сторону оконного проёма ботинки заставляет вздрогнуть. Маленький болт в груди — это ерунда. Вот выйти из дома без обуви, забыв заодно и стопы — это да, это больно, наверное.
Уже не спеша, выхожу наружу. Лишившийся части ног человек в муках корчится на земле. Он больше не опасен. Где там моя лечилка? Достаю пузырёк, открываю. Теперь выдернуть из раны болт — и всё зелье в дырку. Как же — мать его — больно! Шипение глушат вопли безногого, но потянувшийся вверх от раны зеленоватый дымок успокаивает.
Настоящее. А то, вдруг, подделку подсунули. Ведь не самое дорогое брал зелье. Это второе по цене, по две изумрудные марки которое. Не лекаря дар — уже видно, что на месте дыры не останется гладенькой кожи без шрама — но кровь идти перестала мгновенно. Мне это и нужно.
Быстрый взгляд по сторонам. Исиль так и стоит, вжавшись в дверь дома напротив. В глазах девушки столько ужаса, что можно не переживать — не сбежит. Вход с улицы в переулок забит людьми. Пустышки беспрестанно галдят, но ближе подходить не спешат. Скоро здесь появится стража из вольных.
А вот и Ахмадар. Протиснувшись сквозь толпу, бежит к месту событий. Крышку со второго флакона долой — и скорее к пытающемуся, воя, куда-то ползти укороченному. Ловлю за ногу. Зрелище просто ужасное, но мне нужно остановить кровь. Половину пузырька на рану — и размазываю по срезу. Откуда у него только силы взялись так брыкаться?
— Держи его! — ору другу Матвея, пытаясь прижать воющего мужика к земле.
Ахмадар — ещё то брехло. Беспомощный он без своего дара, ага. Так врезал безногому по башке, что тот мигом обмяк. Теперь мне размазывать остальную часть зелья по второму обрубку ничего не мешает.
— Будет жить, — радостно скалится Ахмадар. — Я бегу за Матвеем. Страже скажешь: всё делалось по приказу капитана Абоса. Пусть ведут разбираться в расположение кулака.
Я киваю. Неужто, мы сделали это? Щука поймана. Очень скоро узнаем, на кой этому мудаку моя смерть. Теперь смогу жить спокойно.
Ахмадар делает пару шагов по направлению к улице и исчезает. Теперь стража его не задержит. У меня же осталось одно неприятное дело. Я обещал сохранить жизнь красотке. Исиль — конечно, ещё то дерьмо, но я дал ей слово.