Кивнув, я слазил рукой в карман и выудил оттуда горсть монет, в которой среди тёмной мелочи зеленело и несколько изумрудных марок. Сапфировую я предусмотрительно разменял ещё в лавке, заранее выяснив примерный размер предстоящих мне трат.
— Слезь, коза, — тем временем спихнул женщину с коленей Молчун. — От тебя потом прёт. Помойся сходи.
— А я чистенькая! — звонким голосом возвестила о своём появлении вторая пустышка, грациозно запорхнувшая в зал.
Эта женщина была на голову выше первой и гораздо стройнее. По подведённым углём глазам и чернённым бровям сразу видно, что эта барышня потратила куда больше времени на подготовку.
— Ай, ай, ай, Хира, — найдя взглядом пристыженную соперницу, покачала головой стройная. — Не помывшись к клиентам. Вот она глупая спешка. Быть первой — не самое главное. Правильно говорю, красавчик? — положила она руку на плечо Эфа, безошибочно определив самого жаждущего.
— Сколько просишь, киса? — притянул к себе девку Рыжий.
— Моя цена — всего тридцать грошей, сладенький, — лизнула женщина Эфа в ухо. — Не скупись. Выжму тебя досуха.
— Не позволяйте себя обдирать, храбрые воины! — раздалось от входа. — Двадцать грошей — и я утоплю вас в блаженстве.
— Восемнадцать! — отпихнула в сторону загородившую ей проход хрупкую девушку мощная баба с натянувшей явно маленькое для её крупной фигуры платье огромной грудью. — И у меня, в отличие от этой доски, есть за что подержаться.
В доказательство своих слов крупная тётка так лихо тряхнула своими пышными формами, что одна грудь вывалилась наружу сквозь разошедшийся верх платья-халата.
Эта наглая баба стала первой, кто смог заманить клиента. Вскочивший из-за стола при виде пышнотелой красавицы Лим, легко сбив цену до пятнадцати грошей, тут же был уведён наверх. Увидев, что зал наполняется всё новыми и новыми конкурентками худощавая «киса» тоже скинула пятак, и утащила за собой Эфа. Эти барышни оказались самыми удачливыми, так как дальше перевалившие своим числом за два десятка женщины соглашались уже и на меньшую цену.
Вскоре, за клиентов уже шла настоящая драка. Симпатичные и не очень девахи, нахваливая себя и ругая соседок, тянули безымянных в разные стороны. От звучавших из уст барышень обещаний у меня покраснели уши. Как же сильно им нужны деньги? Десять агатовых грошей — это всего-то серебряный в предземских монетах. Даже в моей бедной деревне ни одна девка не легла бы за столько с чужим мужиком. И тут ведь почти все замужние бабы.