Главного героя ждёт невероятное приключение: он становится заменителем для исчезнувшего сотрудника полиции, причём на полном серьёзе. Безымяныш быстро осваивает непростую роль и начинает понимать тонкости расследований, несмотря на множество загадок и опасностей, которые ему предстоит пережить в этом маленьком городке....
Вон, кстати, и Матвей, что ушёл к капитану, как только мы вернулись за стены — протискивается внутрь следом за своим начальником.
— Молчун, подойди.
Голос грустный, как и лицо командира. Не получилось? Арена?
— Я здесь, господин капитан.
Ну хоть не дерзит. Того прежнего хмурого грубияна с серьгой в ухе, что плыл с нами к Порогу, нет больше. Изменил его Арх. Даже чёлку, которая закрывала глаза, он подрезал. Надеется на прощение?
— Ты нарушил закон, безымянный, — холодно произнёс капитан. — Наказание за закрытую нору известно.
Вот вам и особый случай. На миг в казарме повисла тишина, которую тут же нарушил обиженный возглас:
— Командир! Ты же обещал! — скривился обманутый в ожиданиях предз.
— На рассвете отправлюсь во внутренний город, — произнёс Матвей, отводя глаза от Молчуна. — Попробую поговорить с господином Мехмедом.
— Если лорд Рауф сочтёт необходимым изменить наказание, — кивнул капитан Абос, — ты узнаешь об этом. Это только в его власти.
Молчун натянул на себя куртку, и его увели. Капитан тоже вышел со стражниками.
— Сейчас я ничего не мог сделать, — словно бы извиняясь, развёл руки Матвей. — Вся надежда на завтра. Капитан ведь тоже ничего не решает. Он следует правилам.
* * *И утром, на поздний завтрак — на ранний нам, не идущим сегодня за стены, вставать по темноте смысла не было — командир не явился.
— Пожрали? Давайте к командирскому дому. Капитан вызывает.
Принёсший приказ пустой был одним из посыльных Абоса, отчего считал себя чересчур важной птицей.
— Жрём ещё, — зло зыркнул на мужика Сёпа.
— Э… — смутился пустой. — Всё равно идите. Капитан ждать не будет.
— А на кой спрашиваешь тогда? — сплюнул под ноги посыльному недожёванный кусок мяса Сепан. — Идём, мужики."
"В отсутствии Глиста, не вернувшегося пока из госпиталя, где остались и Лим с Косым, Метла самолично назначил себя правой рукой командира. Змей с Охотником, куда больше подходившие на эту роль, против не были.
