В бездну древних лесов и скрывающихся под ними тайн Энва видит светлое будущее после долгих лет тьмы. Ее голос и музыка способны вызвать в себе жертву даже самого отвратительного из зверей, но Дакр приходит не для этого. Здесь начинается новое безжалостное клятвенное обязательство – как для него, так и для нее....
Роман закрыл дверь и приготовился отойти, но Дакр снял с шеи ключ. Под его униформой висели две цепочки: на одной был ключ, а на другой – что-то вроде маленькой серебряной флейты. Роман понял, что именно они иногда звякали, когда Дакр ходил.
Дакр поднес ключ к латунной ручке гардероба и вставил в замочную скважину, которой раньше тут не было. На сей раз, когда дверь открылась, за ней оказались не пальто или коробки, а каменная лестница, ведущая вниз, в подземное царство.
– Не понимаю, – произнес Роман, ощутив, как повеяло холодом и сыростью.
– Много лет назад мне преподали жестокий урок, – начал Дакр. – После чего я поклялся ответить еще жестче тем, кто снова попытается причинить вред мне или моей семье. В самом жарком огне моего царства я выковал пять ключей, и носить их могут только те, кому я доверяю. Эти ключи способны отворять порталы между мирами.
– Почему пять?
– Это священное число. У вас, смертных, пять дней в неделе, пять округов, пять канцлеров, и осталось пять богов. Для нас, богов, это благословение и предостережение.
Не успел Роман задать очередной вопрос, как под потолком загорелся свет. Его включил капитан, мрачный и залитый кровью. Солдаты тащили молодого человека в комбинезоне. Одна нога у него, похоже, была сломана, а на животе блестела алая кровь.
– Главнокомандующий, это снайпер, – сказал капитан. – Раненый, как вы и просили.
Роман рассмотрел незнакомца. Темно-каштановые волосы, очень бледное лицо, в карих глазах застыла мука. Но как только снайпер увидел Дакра, его лицо вспыхнуло ненавистью. Он сплюнул богу под ноги.
Дакр вежливо улыбнулся.
– Вижу, тебя здесь бросили.
– Я сам так решил, – прохрипел молодой человек. Кровь стекала с его одежды, собираясь в лужу. – И я не буду сражаться за тебя.
– Предпочтешь погибнуть?
– Да. Пристрелите меня и оставьте умирать здесь, где я родился.
Дакр спокойно разглядывал его.
– Думаешь, я проявлю милосердие, когда ты нанес вред моим солдатам?
Снайпер молчал. Похоже, он был на пороге смерти. Уголки его губ посинели, дышал он с трудом.
– Я не буду сражаться за тебя, – повторил он. – И ты не выиграешь эту войну. Скольких из нас ты ни переманил бы на свою сторону… в конце концов мы покинем тебя. Когда вспомним."
"Дакр поднял руку и с помощью непроизнесенного заклинания вытянул весь воздух из легких молодого человека.
