Автор
В Безжалостных людях собственник семьи, правящей Америкой, находит себе компанию среди преступников и убийц в поисках истинного удовлетворения, мести и самопожертвования. В мире безжалостных решений и молчаливых жертв – это история о том, как один человек изменил мир с помощью самых аморальных методов....
Он поднял глаза, поправляя свои толстые очки на носу, прежде чем закончить работу с моим запястьем.
— Платье с длинными рукавами было бы лучше всего, чтобы скрыть вашу рану. Оно не скроет ту, что у тебя на лодыжке, но она не так плоха, как твое запястье."
"Он был прав. Я приложила столько силы, чтобы оторвать пластиковый подлокотник от шезлонга, что он глубоко врезался мне в запястье. Этот идиот сделал свои наручники из усиленной стали, что позволило легко сломать шезлонг, но все равно было чертовски больно и остались шрамы.
Адриана выжидающе посмотрела на меня.
— Белые туфли на каблуках, мэм?
Я кивнула, потирая запястье, как только доктор отпустил меня. Мне приходилось бороться с желанием выбросить это чертово уродливое кольцо в канализацию каждый раз, когда я смотрела на свою руку.
Федель придержал дверь для доктора Андерсона, но не раньше, чем вручил ему конверт с более чем достаточной суммой денег, чтобы быть уверенным, что ему какое-то время не придется работать.
— Мэм, после объявления о вашей с мистером Каллаханом свадьбе сегодня утром несколько журналов, благотворительных организаций и интервьюеров хотят поговорить с вами, — сказал мне Федель с телефоном в руках.
Поднявшись со стула, Адриана протянула мне платье, когда я зашла за ширму.
— Федель, я что, похожа на Марту, мать ее, Стюарт?11.
— Нет, мэм. Я бы никогда не подумал, что вы настолько глупы, чтобы оказаться в тюрьме, — он прочистил горло, и я рассмеялась. Выйдя из-за ширмы, я позволила Адриане бросить белые туфли на каблуках к моим ногам.
— Тогда скажи им, чтобы они шли к черту.
— Это было бы неразумно, mio bambino dolce12, — мой отец закашлялся, когда его вкатила медсестра.
Подойдя к нему, я поцеловала его в щеку.
— Почему я не могу сказать им, чтобы они катились к черту? — спросила я его, когда Адриана протянула мне мои браслеты.
— Потому что для остального мира ты невеста одного из самых могущественных мужчин в этой стране — принца Чикаго. Ты для них не Босс. Они хотят Кейт Миддлтон или первую леди, кого-то, кто целовал бы младенцев и выписывал крупные чеки от имени твоего жениха, — рявкнул на меня отец, заставив меня остановиться и просто посмотреть в его умирающие глаза.
— Федель. Адриана. Выйдите, — через несколько секунд они вместе с медсестрой моего отца исчезли. — Ты все еще злишься, что я подстрелила его.
Он нахмурился, глядя на меня.
— У меня нет времени сдерживать гнев. И все же ты здесь, заставляешь меня тратить время на то, чтобы воспитывать тебя.
