Автор
В Безжалостных святых читатель оказывается в мире, где добра и зла гораздо более взаимосвязаны, чем можно подумать. Атмосфера напряженная и мрачная, как серый день в провинции, но в ней скрываются тончайшие детали и сложности отношений между людьми. Каждый персонаж — это кирпичик большого пазла, который создает картину жизни и душевной борьбы главных героев....
— Что я могу сделать, чтобы ты снова улыбнулась?
Он задавал этот вопрос много раз, и снова я могу только пожать плечами.
Не похоже, что я когда-нибудь снова улыбнусь. Не сейчас, когда мамы больше нет. Она была сердцем нашей семьи, и после ее смерти мы все превратились в зомби, просто стараясь прожить каждый день как можно лучше.
Киллиан притягивает меня в объятия и шепчет:
— Хотел бы я, чтобы тебе стало лучше, куколка.
После стрельбы Киллиан стал больше, чем просто моим охранником. Он единственный друг, который у меня сейчас есть.
Папа и Шон понесли свои собственные потери, и я не хочу обременять папу своими несчастными чувствами всякий раз, когда он возвращается домой из своих деловых поездок. Шон на четыре года младше меня, так что я должна быть для него сильной старшей сестрой.
Эта мысль заставляет меня отстраниться от Киллиана, чтобы я могла посмотреть на него снизу вверх. Он выглядит как пугающая версия Колина Фаррелла, высокий, темноволосый и всегда одетый в костюм.
Но вместо того, чтобы бояться его, он единственный человек, с которым я чувствую себя в безопасности.
— Есть кое-что, что ты можешь для меня сделать, – шепчу я, надеясь, что он не скажет ""нет"".
Складки вокруг его глаз углубляются, а уголок рта слегка приподнимается.
— Просто скажи мне, куколка.
— Научи меня стрелять из пистолета и покажи как надо драться.
Голубые глаза Киллиана хмурятся, но после пары секунд раздумий над моей просьбой он кивает.
— Если это то, чего ты хочешь.
— Я должна быть в состоянии защитить Шона, – объясняю я ему свою причину, и это заставляет кривую улыбку, которую я полюбила за эти годы, растянуться на его лице.
— Ты права, – соглашается он, обнимая меня за плечи. Мы начинаем идти, затем Киллиан говорит. – Сначала я научу тебя драться. Мы оставим обучение стрельбе из пистолета на то время, когда ты станешь немного старше.
Я знаю, что спорить с Киллианом бесполезно.
— Хорошо.
Впервые после нападения я чувствую прилив волнения и спрашиваю:
— Что ты мне покажешь в первую очередь?
— Как нанести достойный удар.
Уголок моего рта слегка приподнимается, и Киллиан замечает это. Он притягивает меня ближе к себе, затем шепчет:
— Я скучал по этой улыбке.
