— Как легко, естественно у тебя все получается, — с улыбкой заметила Бьянка, когда они шли по коридору. — Не случайно папа говорит, что тебе даровано особое обаяние. Спасибо за помощь, Джорджио.
Сейчас она чувствовала себя намного лучше. Мимолетная встреча с Амиром придала сил и укрепила веру. Что ж, пусть родители отсылают ее в Венецию — оттуда до Константинополя ближе, чем из Флоренции. Как же они не понимают, что, вместо того чтобы разъединить влюбленных, помогают им встретиться?
Вскоре пришла портниха, чтобы снять мерку и сшить новые платья и белье. Вещи были старательно упакованы в дорожные сундуки. Все понимали, что в палаццо Пьетро д’Анджело Бьянка больше не вернется. Родители планировали новый брак в Венеции и надеялись, что дочь останется там навсегда. Новый супруг окажется значительно старше и сразу захочет детей, даже если уже имеет их от прежней жены — хотя бы для того, чтобы доказать свою мужскую состоятельность. Она будет жить в палаццо на канале и плавать в собственной гондоле. Наверное, многих женщин подобная картина вполне бы устроила. Но только не Бьянку. Ей хотелось чего-то большего, чем благополучие в доме богатого мужа, пусть даже украшенное золоченой гондолой.
— Как и мне, тебе не по душе та замкнутая жизнь, которую мы вынуждены вести здесь, во Флоренции, — прочувствованно проговорила Орианна. — Вот почему тебе так понравилось в Люче Стелларе: там море, много открытого пространства и воздуха. Все это ты найдешь в Венеции — в просторном городе с синей водой и синим небом. Конечно, кроме нескольких зимних месяцев, когда моросит холодный серый дождь. Уверена, тебе очень понравится. К тому же рядом всегда будет Франческа. Дедушка ее обожает, так что вряд ли удастся выдать ее замуж в другом месте. Отныне две моих дочери будут жить в Венеции.
— Совсем недолго, мама, — покачала головой Бьянка. — Рано или поздно Амир все равно за мной вернется и увезет далеко-далеко.
— Что за глупости! — вспыхнула Орианна. — Выйдешь замуж за благородного богатого человека и найдешь свое счастье. Принц уехал навсегда и останется на родине.
— Я совсем не такая, как ты, мама, — стояла на своем Бьянка. — Не собираюсь выходить замуж за нелюбимого, чтобы всю жизнь тосковать по возлюбленному.
— Ты просто невозможна! — раздраженно воскликнула Орианна. — Надеюсь, дедушка сумеет совладать с несносным характером. Желаю ему успеха. Учти, что он не из слабовольных и мягкотелых. Если доведешь, может собственноручно выпороть. Что ж, выбить из тебя упрямство не помешает. Ума не приложу, что случилось с той милой, послушной девочкой, которой ты когда-то была.
Бьянка горько рассмеялась.
— Вы с отцом насильно выдали меня за Себастиано Ровере. Если бы осталась милой и послушной, уже давно бы умерла.