Автор
Красота, казалось бы, радует и дарит счастье, но время приучило к этому зрелищу отторжение. Впрочем, наше восприятие изменяется со временем. Вот когда все средства массовой информации начинают озабоченно повторяться над темой тяжелых жизней мужчин, я снова взглянула на жизнь с другой стороны — и увидела что-то странное в том, как люди воспринимают красоту и мужество....
— Эй ты, старая калоша! Поосторожней, — заголосила она, — на туфлю наступила! Если испортила мысок, купишь мне новые!
Пораженная удивительным хамством юной особы, я, не вступая больше в разговор, продолжала протискиваться к выходу. Когда мои ноги оказались наконец на лестничной площадке, я вдруг ощутила резкий тычок в спину, пошатнулась и шлепнулась на четвереньки.
— Сука! — рявкнула незнакомка. — Будешь знать, как людям обувь портить!
Двери захлопнулись, кабина поехала вверх. Я стала медленно подниматься на ноги, но не успела принять вертикальное положение, как из квартиры, расположенной слева от лифта, с воплем: «Анечка, не надо!» — вылетела растрепанная женщина.
Увидав меня, она осеклась, а я, сразу поняв, кто такая та нахалка, которая ворвалась в лифт, зло сказала:
— Если не ошибаюсь, вы Ирина Еалкина?
— Да, — настороженно кивнула тетка.
— Ваша дочь Анна сейчас едет в лифте наверх.
— Ой, — испуганно вскрикнула Ирина, — что ж делать-то?
Меня слегка удивило восклицание женщины, но долго недоумевать я не стала.
— Ваша дочь не дала мне выйти из лифта! Она влетела внутрь и принялась нажимать на кнопку, а когда я все же сумела выбраться наружу, она толкнула меня в спину, обозвала сукой…
— Ой-ой-ой, — запричитала Ирина, — вы не так поняли Анечку! Она очень хорошо воспитанная девочка! Просто ангел!
Истерический приступ смеха подобрался к моему горлу.
— Думаете, ангел способен начать драку с соседями?
— Нет, нет, Анечка, видимо, торопилась, а вы, наверное, сами зацепились каблуком за порожек, вот и упали… — затараторила Ирина.
— Ваша девчонка нахалка! И если она еще раз посмеет схамить, получит адекватный ответ — я попросту дам безобразнице по носу! — перебила я Галкину. А затем, не став дожидаться ее новых оправданий, быстро вышла во двор и двинулась к торговому центру.
Неожиданно я ощутила искреннее сочувствие к Лизе Макаркиной. Честно говоря, выслушав рассказ Лизаветы, я не очень-то поверила соседке, подумала, что та слегка сгустила краски, рисуя портрет юной поклонницы супруга.
Глава 3
В огромном магазине между стеллажами с товаром бродило не так уж много покупательниц. Я подошла к стайке продавщиц, весело щебетавших около кассы, и, улыбнувшись, попросила:
— Покажите средства по уходу за лицом.
