Автор
Красота, казалось бы, радует и дарит счастье, но время приучило к этому зрелищу отторжение. Впрочем, наше восприятие изменяется со временем. Вот когда все средства массовой информации начинают озабоченно повторяться над темой тяжелых жизней мужчин, я снова взглянула на жизнь с другой стороны — и увидела что-то странное в том, как люди воспринимают красоту и мужество....
— Точняк, — отметила Котик, прищурилась, потом, странно скрючив пальцы, ринулась на меня с воплем:
— Ща узнаешь, как с чужими парнями трахаться!
Честно говоря, я растерялась, поэтому Котик ухитрилась вцепиться мне в волосы и пару раз стукнуть головой о грязную стену. Но мое замешательство прошло быстро, и в писательнице Арине Виоловой, восходящей звезде литературы, надежде издательства «Марко», любимом авторе киностудии «Шарашкин-фильм», проснулась дворовая хулиганка, все детство сражавшаяся с мальчишками.
Филипп прыгал вокруг нас, периодически выкрикивая:
— Девочки, спокойно! Девочки, давайте побеседуем! Девочки, не надо драться!
Но мы с Котиком бились, словно войска Алой и Белой розы. В конце концов мне удалось стащить с драчуньи курточку и вышвырнуть одежду в окно.
— Ах ты дрянь! — завизжала Котик, явно намереваясь начать новый виток войны.
"— Потом додерешься, — ухмыльнулась я, — беги во двор, а то твой полушубок из крашеной кошки бомжи унесут. А я пока к Филе в квартиру пойду, нам поговорить надо.
Говорков разинул рот, я повернулась к нему, и тут в моей голове разорвалась бомба. Яркий свет вспыхнул в закрытых глазах, я села и застонала, немилосердно болел затылок.
— Эй, ты как? — послышался сквозь звон незнакомый голос.
Я открыла веки, увидела небольшую, просто обставленную комнату и Говоркова, сидящего возле меня на диване.
— Жива? — поинтересовался он.
— Угу, — кивнула я. — Что случилось?
Филипп хмыкнул.
— Ленка тебя по башке сапогом огрела. Вмиг с ноги стащила, по твоей черепушке долбанула, а потом унеслась.
— Круто, — вздохнула я и стала ощупывать затылок.
— Да ран нет, — усмехнулся Говорков, — не боись, скоро пройдет. Ты вообще кто?
— Виола Тараканова.
— И что у нас с тобой было? — нахмурился Филипп. — Извини, конечно, если обижаю, но совсем тебя не помню. Мы ведь в этом году не встречались?
— Мы вообще не встречались, — вздохнула я.
— Никогда?
— Никогда.
— Чего же ты в драку полезла?
— Я? Это Котик твоя офигелая!
Говорков стал темнее тучи.
— Вы кто? — перешел он на официальный тон.
— Виола Тараканова, москвичка, жена вашего коллеги. Олега Куприна, под псевдонимом Арина Виолова пишу криминальные романы. — спокойно сообщила я, подхватив его тон, и добавила:
— Может, когда встречали мои книги. К примеру, «Гнездо бегемота».
