Автор
В дверях стоит тихий атмосферный переулок, где время выглядит как игрушечная копия реальности — мягкие фонари и звуки проезжающих поездов создают непреодолимую магию. На соседней скамейке сидит девочка Алина, наблюдая за приближающимся ветерком. Ее глаза блестят от желания взять то самое приключение, что подстерегает за углом.
Таня называет улицу и дом.
Еду и думаю: почему в такси не посадил, какого черта сам отвожу? Возможно, потому, что в страсти я Таню видел, в работе более-менее тоже, а вот в роли матери – нет.
Высадив ее у детского сада и попрощавшись, не тороплюсь трогаться с места. Это… просто любопытство. Ну и еще, наверное, чуйка. Что-то Снежок сильно нервничала, пока я вез ее по указанному адресу. Есть предположения почему. И лучше бы они не подтвердились.
18 глава
ВладПрежде чем зайти в здание, Татьяна кому-то звонит. Или ей звонят? Непонятно. Телефонный разговор длится от силы пару минут, после чего она скрывается за дверью.
У Алисы, с которой выходит Снежок, лицо светится любопытством. Она в забавной курточке, косички аккуратно заплетены. В руках игрушка, похожая на поезд.
Девчонки собираются переходить дорогу, и в этот момент рядом с ними останавливается синяя BMW. Из машины выходит мужчина. Высокий, крепкий здоровяк. Очевидно, муж и отец. Мелкая бросается к нему и обнимает за ноги, а он даже головы в ее сторону не поворачивает – сразу же накидывается на Татьяну.
Хочется оказаться поближе, чтобы услышать речь Киреева. Ну и чтобы понять степень его кретинизма, раз он решил заняться выяснением отношений в людном месте.
Малышка тянет отца за рукав, пытаясь привлечь внимание. Бесполезно. Он и не думает ее замечать. Продолжает что-то выплевывать Тане в лицо. Она, конечно, молодец – держится, не вступает в перепалку. Только вот бледная слишком.
Наконец, речь Киреева заканчивается. Он отталкивает Татьяну, хватает берет дочь за руку и тянет к машине.
Малышка плачет, вырывается. Но отцу плевать. Он поднимает ее на руки и несет.
Наблюдать за этим становится неприятно.
Я поворачиваюсь назад, хватаю папку с документами и вываливаюсь из тачки. Подхожу к семейству.
– Хорошо, что застал вас, Татьяна Андреевна. Папку забыли. Речь нужна мне завтра к двум.
Неандерталец останавливается, а Алиса в его руках продолжает плакать и брыкаться. Таня, видя это, и сама громко всхлипывает.
– А это еще кто? – Киреев переводит взгляд с меня на нее и обратно.
– Тот, кто не любит, когда орут на женщин и обижают маленьких девочек. Пока шел от машины, я едва не оглох. У вас все в порядке, Татьяна Андреевна?
– А-а, по-онял. – тянет ее бывший и мерзко улыбается, обнажая ряд белых зубов. – Твой новый хахаль?
Обращается он вроде бы к Тане, а злость разжигает во мне.
Недомуж отпускает свою дочь. Она тут же подбегает к матери и прячется за ней.
