В кабинете сидит трое: один тщедушный старикан и два молодых бизнесмена — один из них сомневается, а другой уже решил всё бросить. Кофе пуст, но воздух наполнен напряжением, как будто в комнате собралась половина городского банкинга. Старый устало вздыхает и качает головой, предчувствуя худшие сценарии: их инвестиции могут быть подделаны, и они сами окажутся лишь фаршем для голодных инвесторов....
На лицах Инсы и Аньры - откровенная злость. Толст косится в сторону кухни, периодически останавливая свой взгляд на пленной девушке. Тут у меня в голове и срабатывает нужный переключатель.
С усмешкой шагаю вперёд, за волосы поднимаю молодую суку на ноги. Укладываю лицом на стол и ножом разрезаю сзади футболку, вместе с бюстгальтером. Слышу, как сзади начинает голосить женщина и что-то пытается сказать отец, но на них немедленно рявкает Инса, сжимающая в руках гарпун.
Узкие джинсы срезать не так удобно, но секунд через пятнадцать и они падают на пол, вместе с бельём.
- Я сделаю всё, что угодно, только не убивайте. Они меня заставили в этом участвовать.
Бросив быстрый взгляд в сторону пленных, отмечаю искреннее изумление на лице обоих родителей. Либо удивлены тем, что дочка даже не пытается спасти их самих, либо способом, который та выбрала для сохранения собственной шкуры.
Схватив за волосы, ставлю её на колени и молча расстегиваю штаны. Секунд через десять уже насаживаю её голову на член. Что занятно - она даже пытается работать языком и судя по отсутствию рвотных позывов, вполне привыкла к тому, что её дерут в глотку. Не знаю, сколько мы там пролежали в больнице и какой период времени у меня не было секса, но заканчиваю уже через несколько минут. Застёгиваюсь и снова поднимаю её за волосы, укладывая лицом в стол.
Ловлю на себе нетерпеливый взгляд Толста и киваю ему в сторону кухни.
- Найди что-то для смазки.
Парень стремительным шагом удаляется. Когда возвращается назад, таща в руках блюдце с частично растаявшим сливочным маслом, отхожу в сторону от девушки. Толста дважды приглашать не надо - он сходу начинает пристраиваться."
"А я шагаю к пленным, на ходу отмечая, что Инса старается не смотреть на происходящее. Вот Аньра наоборот, внимательно наблюдает. Нестор кажется слегка смущённым, но на голую девушку тоже поглядывает.
Остановившись напротив пленников, излагаю им свою мысль.
- Ваша дочь будет отрядной подстилкой, пока не надоест или перестанет стараться. Можем потрахаем её, а потом продадим тем самым селянам, которым вы сбывали остальных девушек. Или отдадим кому-то даром. В любом случае, она закончит блядью с раздолбанными дырками, чей желудок успел переработать массу спермы. Когда будете подыхать - не забывайте об этом.
Лица у обоих вытягиваются.
