Влада небрежно взмахнула рукой, Балашов же недовольно стиснул челюсти. Руслану хватило мгновения, чтобы прижать её к себе, чувствительно удерживая за волосы, и куда более трепетно подхватив под спину. Он впился в мягкие губы жадным и злым поцелуем, а вот почему тот вдруг оборвался, сообразил далеко не сразу, а уже стоя на коленях и с острым лезвием у горла.
– Не нужно поступать со мной так, – предупреждая, процедила Влада. – Я этого не прощаю, – проговорила она практически ровно, практически без эмоций. Вот только отпустила его не сразу.
– Какого чёрта сейчас произошло? – прохрипел Балашов, когда Влада вспомнила убрать нож.
Он всё ещё стоял на коленях и пытался ладонью стереть с кожи шеи жуткое ощущение врезающегося в неё металла. Смотрел на Владу растерянно и с явной настороженностью. Она отвечала ему чуть ленивым недовольством. Опасного клинка в руках больше не было.
– Ты всё себе придумал, Рус, – отмахнулась, глядя на мужчину без малейших признаков интереса, и будто бы с неярко выраженной брезгливостью. – Нет никакой сладкой девочки Ирмы. А та, что есть, очень устала от тебя.
– Какого хрена, я тебя спрашиваю?! – взревел он, неловко поднимаясь на ноги.
Рус коснулся пальцами места, что нестерпимо жгло, и, обнаружив на них кровь, испуганно округлил глаза.
– Не приходи больше, – устало выдала Влада и пошла к подъезду.
Сил, чтобы бежать по лестнице, не нашлось, и она шагнула в лифт.
– Ну что, животное? – обратилась к псу. – Ты мог бы и вмешаться, – попрекнула Чупу и неуютно поёжилась. Всё произошло слишком быстро.
Взгляд невольно опустился на ладони: они не дрожали. А ведь казалось, что защищать себя больше не придётся…
Собравшись максимально быстро, Влада отправилась в клинику, где надеялась загрузить мозг работой и, наконец, отвлечься. Но пустые коридоры развеяли нескромные надежды. Кроме Томилина, её никто не ждал.
– Стой, не горячись, я ещё не исповедался! – заявил этот клоун, как только увидел Владу в проходе. А ещё он демонстративно поднял руки вверх и очень натурально сыграл испуг.
– Мне сегодня уже не до тебя, – буркнула Влада, протиснувшись в свой кабинет, чтобы переодеться.
Томилин какого-то чёрта поплёлся следом.
– Ты не можешь так со мной поступить! – наигранно возмутился он. – Я уже и подходящую плеть заказал, и позу покорности отрепетировал. Что могло пойти не так?
– Ничего нового. Балашов заявился ко мне со своей любовью, и мы не смогли найти общий язык.
– Общий язык – это очень интересно.
