– С мышкой меня связывают крайне пикантные воспоминания, – напрашиваясь на неприятности, заверил он.
Руслан решил испытать нового знакомого взглядом.
– Уверен, что хочешь об этом поговорить? – уточнил. В голосе сквозила угроза, явно дающая понять, что пора бы остановиться. Багдасаров понимал крайне плохо, а потому превесело раскинул руки.
– Почему нет? Кажется, здесь все свои. Не далее как вчера вечером в доверительной беседе мышка поведала мне, что собирается замуж.
Балашов тут же заглотил наживку и глянул на Владу.
– Да, именно так я вчера и сказала, – подтвердила она и притворно ужаснулась: – Или ты считаешь, что я тороплю события?
– Нет! – поспешил задушить Рус любые сомнения. Он тут же напряжённо сглотнул, прокашлялся. – Нет… – повторился, неловко повёл шеей и протянул руку под столом, чтобы коснуться её запястья. – Давно пора было объявить.
Одёрнуть руку было верхом бестактности, потому Влада натянуто улыбнулась, но сдержала первый естественный порыв. От прикосновения она отделалась секундой позже, демонстративно скосив взгляд на случайного свидетеля этой несвоевременной нежности. Балашов понятливо кивнул.
– Так значит, всё же друг? – смягчая непростую ситуацию, уточнил он, но Влада не успела ответить – снова вмешался Багдасаров.
– Можно и так сказать. Нас объединяют тёплые чувства. Увидев меня вчера, мышка буквально обомлела.
– Мышка? – нахмурившись, уточнил Балашов. Влада озадаченно пожала плечами, мол, знать не знаю, что взбрело этому чудаку в голову, а Багдасаров принялся оживлённо кивать.
– Да, это забавная история, как-нибудь при случае расскажу. Но, честно… глядя на неё, красивую, я думаю совсем не о том…
Мужчина понизил голос до интимных вибраций и, ожидая очередной подлости, Влада демонстративно закатила глаза. Так обычно делают, когда увлечённые родители углубляются в прошлое и рассказывают самые нелепые истории из жизни своего страшно взрослого чада.
– А вообще, я тебя понимаю, – похабно усмехнулся Багдасаров, будто заново прицениваясь к Владе. – Отличный выбор. Этими очаровательными глазками сложно не соблазниться. А как горячо будет дальше… – мечтательно потянул он и рвано вздохнул. – Помню, мышка такие игры не уважает, но ей чертовски идёт этот конский хвост… – облизнулся он.
Балашов скосил на Владу взгляд и неопределённо повёл плечами. Наверняка он уже раздумывал над тем, как избавиться от навязанного знакомства.
– Знаешь, эти интимные штуки, – хитро прищурившись, продолжил Багдасаров, отчаянно требуя внимания. – Их вставляют в попку для настроения. В узкую, тугую женскую попку, – смаковал он, явно нарываясь. – Выглядит очень вызывающе!
Багдасаров округлил глаза, Рус напрягся всем телом, и только Влада осталась к сказанному равнодушна.