На большее решили не замахиваться — обоим лень, а с венчанием договорились подождать до середины апреля — очень хотелось теплой погоды.
До свадьбы оставалось восемь дней, когда Катя вдруг спохватилась, что у нее платья нет.
— Не хочу традиционное или пышное. Какая-то пошлость получится, — скривила она гримасу, когда начала ему рассказывать о своих планах. — Но и не в джинсах же мне за самого Ольшевского замуж выходить, — уже поддевая, весело улыбнулась.
— Да хоть и в джинсах, как захочешь, котена, — хмыкнул Санек, по-тихому балдея от того, что она улыбаться и смеяться все чаще начала.
А еще они сегодня первую ночь после всего в спальне спали… Катя сама пошла туда вечером. Молча, ничего ему не объясняя. Санек быстро следом зашел, допуская, что, может, вещи какие-то остались или нужно ей там что-то, мало ли. И на всякий случай подстраховать решил, не оставив наедине… А там кровать уже расстелена… Когда успела все перенести? Весь день готовилась к этой мысли?
И Катя, ничего не объясняя, но как-то неуверенно поглядывая, зашла в примыкающую гардеробную, начав переодеваться. Санек не лез с вопросами особо.
— Тут? — просто спросил, обняв любимую со спины.
— Попробуем? — вроде и пряча неуверенность, предложила Катерина, но он ощущал, что любимая просит поддержки.
— Попробуем, — подтвердил, довольный очень тем, что она готова двигаться дальше. — Нам никто не мешает, если что, потом перебраться, — напомнил.
Но это не понадобилось, и они проспали всю ночь здесь. Причем, Катя реально спала, а не крутилась, как это иногда случалось. И он около нее нормально уснул.
А теперь вот про платье вспомнила, что его тоже порадовало.
— Выбирай, какое хочешь, котена. Я уверен, что это будет сногсшибательно, — поделился своими мыслями Ольшевский. — У меня только одно условие… — глянул на нее серьезно.
— Какое? — с интересом отозвалась Катя, отставив кофе.
— Чтобы я его быстро снять мог потом, — расплылся Санек в широкой ухмылке, заставив и ее рассмеяться.
— Не помню, чтоб у тебя с этим хоть когда-то имелись проблемы, — сквозь смех отшутилась Катя. Но, казалось, не имела ничего против такого условия.
— Вот и дальше не хочу, — отозвался Ольшевский, доедая свой завтрак.
Отвлекся на сообщение, которое скинули партнеры, по поставкам, включился в деловую переписку. Задержался сегодня дома, поздно завтракали, но ему нравилось, что сам выбирал стиль жизни и ритм, ориентируясь лишь на их с Катюшей желания.
— Я маме звонила вчера, — тем временем рассказывала Катя.
